Книга Спаси моего сына, бывший!, страница 56 – Настя Ильина

Антипов стискивает челюсти, и я понимаю, что в эту секунду он готов обрушить на меня весь свой гнев, но держится из последних сил.

— Женя, я, правда, не знаю…

— Поедем домой и всё узнаем. Надеюсь, ты понимаешь, что я больше не хочу видеть эту женщину в своём доме?

Я уверенно киваю.

Конечно, понимаю. И теперь задумываюсь — быть может, отец не просто так упрятал маму в психиатрическую лечебницу? Что, если у неё на самом деле есть какие-то отклонения в психике, или появились, пока её пичкали препаратами там?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сердце болезненно сжимается. Мне бы не хотелось разочаровываться в близком человеке, но если мама на самом деле психически нестабильна, я не смогу больше доверять ей сына.

В голове возникает немало теорий, зачем маме нужно было идти на это преступление. Понимаю, что просто хочу оправдать её, понять, что творится у неё на уме, зачем она подалась туда же? Почему решила воспользоваться маленьким ребёнком? Больно от мысли, что она может оказаться в кругу предателей. Она ведь не жестокий Царёв, но тогда почему решила воспользоваться маленьким ребёнком? Зачем хотела использовать Даню?

Мы с Евгением не разговариваем, и я чувствую, как в груди мужчины распаляется ненависть ко мне всё сильнее. Наверняка он считает, что мы с мамой работаем заодно, что я снова появилась в его жизни, чтобы предать. От этого тяжело, но я понимаю, что заслужила всего этого.

Как только машина останавливается во дворе дома, я слышу отчаянный вопль мамы и спешу в сторожку, расположенную на участке около забора.

— Мама, что здесь происходит? — спрашиваю я, хмуро глядя на неё.

Охранники уже начали приходить в себя, а Даня, скорее всего, с няней. Страшно даже подумать, что я подозревала не того человека: считала, что нянька воткнёт нож в спину, а на деле получается иначе. Тот, на кого не могла и подумать, пытался украсть моего сына. Мама… Зачем???

— Милая, я всё объясню. Не понимаю даже, как всё вышло из-под контроля, — всхлипывает мама.

Одетая в чёрное траурное платье с высоко собранными волосами мама напоминает мне преподавателя физики, которая постоянно одевалась во всё чёрное. Её отстранили от работы и положили в психиатрическую лечебницу за связь с какими-то ведьминскими обрядами. Надеюсь, что мама не спуталась ни с чем подобным.

— Объясните, если хватит духу, — стальной голос Антипова заставляет мысленно сжаться.

Мне страшно, когда он говорит так, словно не оставляет и малейшего шанса.

— Ребёнок должен расти со своим отцом, — тяжело выдыхает мама. — Милая, ты ведь знаешь, я всегда говорила тебе об этом… Я хотела, чтобы вы с Женей помирились. Если бы пропал ребёнок на один-два дня, вы бы объединились, перестали ссориться друг с другом и искали сына. Общее дело всегда сближает. Я хотела сделать как лучше.

— Вы хотя бы понимаете, что ребёнок болен? — грозно цедит сквозь зубы Женя. — Наш сын и без того отстает в развитии, а вы хотели устроить ему эмоциональную встряску?

— Да не болен он… Всё дело в травах, которые я добавляла Ире в чай. Я знала, что они несколько затормаживают развитие, но это не скажется негативно на здоровье ребёнка. Как только Ира перестанет принимать их или отнимет ребёнка от груди, он начнёт активно развиваться. Она перестала, переехав в этот дом.