Книга Развод. Дальше - без тебя, страница 84 – Ария Гесс, Оливия Лоран

Его грудь вздымается от напряжения, в глазах та же ярость, но теперь она смешана с беспокойством, с тревогой.

— С тобой все в порядке? — спрашивает он, его голос все еще хриплый, но уже без прежней злобы.

Он подходит ко мне, мягко обхватывает ладонями лицо, мечется взволнованным взглядом, а затем нежно обнимает, притягивая к себе.

Я киваю, уткнувшись ему в грудь, вдыхая любимый, успокаивающий запах его кожи.

Мы стоим так до тех пор, пока Марк не успокаивается, пока его дыхание не приходит в норму.

— Что будет с ним? — киваю на бывшего мужа.

— Я позвоню людям, его заберут, — коротко отвечает Марк, выводя меня из кабинета.

Я не испытываю желания обернуться в сторону Стрельцова. Никогда не одобряла жестокости, но сейчас я не чувствую к нему жалости.

— Твои руки, — поднимаю вверх его запястье, отмечая, что на костяшках кровь…

— Она не моя, Мария, — он целует меня в лоб, а потом увозит от этого ужаса домой.

Весь вечер я не нахожу себе места, переживая о том, что случилось. Мне не дает покоя мысль, что от Павла можно ожидать чего угодно. И на следующий день ничего не меняется — я стараюсь сосредоточиться на работе, но мысли то и дело возвращаются к произошедшему.

Вчера, как и сказал Марк, Стрельцова забрали и подлатали, но плохое предчувствие не отпускает меня до сих пор. Близится время к обеду, и Марк как раз должен был забрать меня с собой в ресторан.

Когда он заходит, я не выдерживаю, срываюсь к нему и обнимаю.

— Успокойся, Маш, все будет хорошо, — он гладит меня по спине и целует лоб.

Я же ощущаю себя как оголенный нерв. И когда слышу, как по офису раздаются громкие голоса, дергаюсь.

Я слышу, как секретарь что-то кому-то объясняет, и ее голос звучит сбивчиво и напугано. Затем дверь в мой кабинет отворяется, и в проеме появляются двое мужчин в форме.

Полиция.

Я испуганно замираю, переводя взгляд на холодное лицо Марка, и инстинктивно сжимаю края его пиджака. Не отпущу…

— Марк Владимирович? — обращается один из них, его голос ровный, абсолютно безэмоциональный. — Вы задержаны по заявлению гражданина Стрельцова Павла Петровича о причинении вреда здоровью средней тяжести.

Голова мгновенно становится тяжелой, мысли мечутся в панике, в глазах туман, а звуки слышатся словно через призму вакуума.

Мой мир снова рушится...

И я ничего не могу с этим сделать. Лишь судорожно разжать пальцы и отпустить полы пиджака, который безжалостно у меня вырывают.

— Мария, я все решу, — слышится удаленно на фоне, но я уже ничего не слышу.

Мир окрашивается в тёмный.

Марк

Кровь закипала в жилах, когда я увидел, как этот ублюдок посмел притронуться к Марии. Во мне всколыхнулось нечто первобытное, хищное. Я видел её страх, её слёзы, и единственным желанием было разорвать его на куски. И я сделал это. Сделал ровно столько, сколько требовалось, чтобы он запомнил раз и навсегда: к моей женщине прикасаться нельзя. Никому.

Но я не думал, что этот человек настолько жалкий, настолько гнилой, что решит в самом деле вмешать в дело власть. Что ж. Тогда я буду играть по новым правилам.

Пальцы Марии, секунду назад яростно вцепившиеся в мой пиджак, разжимаются, и я с щемящим от боли сердцем позволяю сотрудникам органов себя увести. Грудную клетку сжимает от боли, глядя на ее побледневшее лицо.