Книга Последняя жертва озера грешников, страница 49 – Марина Болдова

И это действительно была Ляна!

Что с ним случилось в тот момент, когда осознал, что держит на руках живую, пусть и потерявшую сознание, любимую женщину, он понял позже. В этот момент он сам словно родился заново. В третий раз! Потому что второе рождение было на операционном столе в госпитале.

Ляна пришла в себя быстро, стоило ему усадить ее в машину. Михаил еще несколько минут не заводил двигатель, держа женщину за руку, и глядя прямо перед собой. К Ляне лицом повернуться боялся — увидит, что он сейчас… ослаб, сбросив напряжение этого бесконечно длинного дня, наполненного только одним — поисками ее, Ляны. А он не должен быть перед ней слабым. Потому что уже нет сомнений, что она — жертва тех же аферистов, только по какой-то случайности оставшаяся в живых. Сейчас Ляна Фандо для майора Сотника не только дорогой человек, но и свидетель по делу. Но вопросы он будет задавать позже, после того, как ее осмотрит врач.

Так получилось, что они одновременно повернулись друг к другу, и тут Сотник замер от ужаса — даже при таком скудном освещении было видно, как Ляна изменилась. На исхудавшем лице живы были только глаза. Темно-зеленая радужка почти не видна, ее закрывает расширенный зрачок. Всегда светлая кожа на щеках выглядит, словно покрытая ровным слоем пыли.

— Что, Миша, хороша? — усмехнулась Ляна, не отводя взгляда. — Испугался?

— Мы едем в больницу, и не спорь! — приказал он после недолгой паузы.

— Не буду. Только давай сразу в клинику Седина, там у нас страховка.

— Как скажешь, — согласился он и завел двигатель.

Она сразу закрыла глаза. А он расценил это, как нежелание говорить. Ляна была спокойна, и это пугало его. Она должна бы, если не биться в истерике, так хотя бы всплакнуть. Но Михаил наблюдал только смертельную усталость. И, что страшнее всего, покорность. Прикажи он ей ехать в СК давать показания, только кивнет в ответ. И будет молчать всю дорогу.

Михаил боролся с желанием припарковаться на обочине, обнять ее, прижать к себе и дать выплакаться. Он не сомневался, что с тех пор, как Ляна узнала об авиакатастрофе, не проронила ни слезинки.

— Миша, ты знаешь о крушении самолета? — услышал он слабый голос.

— Да, Ляна. От начальства.

— А что произошло? Почему? Кто виноват?

— Ты должна понимать, что наверняка идет расследование. Никто сейчас не скажет ничего определенного, — увильнул от прямого ответа он.

— Я должна была улететь в Дрезден. Еще вчера вечером! А вместо этого очнулась сегодня в какой-то избе в лесу. Почему?! Кому я мешала?!

— Так ты не с дачи шла? — удивился Сотник.

— Туда я пришла позже, когда удалось выбраться из избы. А раньше… — Ляна замолчала.

— Ну, что раньше? — поторопил он, глядя на дорогу.

— Я все расскажу, Миша. Но… сначала мы вернемся на дачу!

Сотник от неожиданности резко затормозил и съехал на обочину.

— Что случилось? Ты там что-то забыла?

Ляна не ответила. Она смотрела прямо перед собой, на лобовое стекло, но видела ли она его? И вообще, была ли здесь, с ним в машине, или же… Он знал этот отрешенный взгляд. Но она говорила, что давно ничего не умеет, отказалась она от своих способностей. Живет просто женой и мамой, без всяких видений, карт, клиентов. Он, когда услышал это, даже, помнится, вздохнул с облегчением — по крайней мере не вляпается куда не нужно со своими потусторонними «знаниями». И что выходит, все небесные дары к ней вернулись? Давно ли?