Книга Последняя жертва озера грешников, страница 46 – Марина Болдова

— Это был новый хозяин квартиры.

— Вот как. А Ляна-то куда подевалась? — вновь всполошился бывший актер.

— Макар Валентинович, номер машины, куда ее усадили, не запомнили? — не ответил на его вопрос Сотник.

— Так я и не видел! Вот марку вам назову — микроавтобус «Форд Транзит» темного цвета. Почти черный. У сына моего такой же, почему и запомнил.

— Спасибо, вы очень помогли, — поблагодарил Михаил искренне и попрощался. Расстроенный старик проводил его до выхода.

Михаил не знал, что думать. Нет, он думал, но гнал от себя эти мысли. Потому что, в похищении (в этом он уже не сомневался) замешаны аферисты. И у них уже не узнать, куда они увезли Ляну. Похоже, она все же восьмая жертва, последняя. И ни Краевская, ни Ткачев скорее всего непричастны к афере — схема совсем другая, участие нотариуса обеспечил сам Фандо. А эти сопроводили Ляну до дома, а дальше… Что же случилось дальше?! Как ее сумели напоить?! Убивать в квартире не стали…

«Ляна жива и точка. И сделка чистая. Ее могли отвезти туда, куда просила. В новой квартире она не появлялась, «нора» сгорела, в усадьбе Фандо ее никто не видел. Остается — дача! Это не похищение, никто из этого города не рискнул бы похитить жену Георга Фандо!» — уговаривал он себя, однако сознавая шаткость такого довода. Ведь эти четверо аферистов, а то и убийц, были приезжими. И кто такой Георг Фандо, могли просто не знать.

Сотник хотел доехать до Мальцева, показать фотографии подозреваемых в похищении Ляны и ему — вдруг признает в одном из них того мужика с сумкой, который накануне пожара мог обнести «нору» Ляны. Но на перекрестке резко свернул в другую сторону. Он спешил за город, подгоняемый тревогой, почти паникой. «Если ее и там нет, что будешь делать, Сотник? Искать труп? Труп любимой женщины. А жить сможешь, когда найдешь? Работать, есть, дышать? Не сможешь. Тогда одна дорога — обратно в штурмовую, а там — «Работаем, Сота! Работаем!». И без башки, без страха, с оглядкой только на них, кто за тобой…» — думал Михаил, все больше прибавляя газу.

Он не заметил, как на такой запредельной скорости проскочил пост автоинспекции перед мостом. Пришел в себя, когда в зеркало заднего вида заметил машину с мигалкой, которая пыталась его догнать.

Объяснялся недолго, ребята оказались знакомыми, отпустили с устным покаянием. А Сотник поспешил дальше.

— То есть, как это — пошарился? — Ляна оторвалась от занятия, в которое погрузилась полностью — чайной ложкой выуживала из варенья цельные ягоды и отправляла их в рот. Наслаждаясь сладостью, она даже прикрывала веки.

— Ты там, а я здесь, что непонятного? В письменном столе нашел, смотри, — Валевский кивнул на развороченный газетный сверток. — Там альбом с фотографиями, вырезками. Кто здесь жил?

— Бывший водитель из конторы Громов, — не стала она уточнять, что упоминала его в своей исповеди часом ранее. Она уже жалела, что так доверилась Валевскому.

Ляна открыла альбом. В первое же паспарту альбома был вставлен черно-белый любительский снимок девушки. Это была бабушка Ляны Софья Зулич в молодости.

— Ты полистай, твой Громов был помешан на этой женщине. Я понял, он был пацаном, когда влюбился. И это случилось здесь, на дачах, фотографии этой местности. Представляешь, там дальше даже прядь ее волос приклеена к листу. Жесть. Вот так из-за вас, женщин, мужики с катушек слетают, — с сожалением произнес Леха.