Книга Русская рулетка, страница 95 – Валерий Ковалев

— Да поможет ему аллах, — провел тот ладонями по лицу. — Эти собаки повесили на площади в Герате моего сына.

— А в провинции Гильменд вырезали несколько кишлаков, продав детей в рабство, — добавил самый старый.

— Говорят за всем этим стоят американцы, — разлил бритоголовый остатки из чайника.

— Правильно говорят — кивнул старик. — Эти неверные пришли разрушить нашу страну. В отличие от шурави*, хоть мы с ними и воевали.

— Шурави были воины, а эти шакалы, — кивнули собеседники.

Когда снова донеслось пение муэдзина с минарета, и все совершили намаз, Орлов, выйдя наружу, покинул базар и направился по теплой пыли в сторону комендатуры.

Часовой у входа был другой, а в его тени Орлова ждал караульный начальник.

— Иди за мной, — махнул он рукой, и оба, пройдя арку, оказались во внутреннем дворе здания. Туда выходили несколько стрельчатых окон и две двери, на площадке стояли советский БТР со следами сварки на броне, гран-трак* с зенитной установкой в кузове и запыленный «джип». В подстенной галерее сидели несколько вооруженных душманов.

— Сюда, — открыл начальник одну из дверей и, пропустив гостя, вошел следом. Они поднялись истертыми ступенями на второй этаж, прошли сводчатым коридором и оказались в высоком светлом помещении, с зеленым знаменем ислама на стене

— Оставь нас, — приказал сидевшийна стопке ковров мужчина средних лет в зеленой чалме и с рыжей окладистой бородой. Рядом лежали «стечкин» в лакированной кобуре и четки.

Когда сарбаз*, упятившись, закрыл дверь, он сделал жест рукой, — присаживайся.

— Салам алейкум, Абдул-хак, — прошел вперед гость и, скрестив ноги, опустился напротив.

— А ты не сильно изменился, шурави, — нарушил молчание комендант. — Сразу тебя узнал (чуть шевельнул губами).

— Ты тоже, — снял Алексей с плеча хурджин. — Неплохо выглядишь.

— Зачем пришел?

— У тебя в тюрьме содержится человек, он мне нужен.

— В зиндане* их много. Кто именно?

— Его задержали с месяц назад, шел из Пакистана.

— Имеется такой, он белудж* (опустил веки комендант). Сколько?

— Миллион афгани.

— А где деньги?

Орлов достал из хурджина непочатый брикет чая, разломив, извлек несколько пачек купюр и вручил моджахеду.

— Хорошо, — пролистнул одну, тот. — Договорились. — Что еще?

— А что имеешь предложить?

— Многое. Например, информацию по талибам. Цена та же.

— Это интересно, нужно подумать. А теперь я хотел бы получить своего человека.

— Получишь, — кивнул чалмой «Джинн». — За городом, к северу, развалины старой крепости. Там сохранилась часть башни. После захода солнца в ней.

— Ну, тогда я пойду? взяв хурджин, поднялся Алексей.

— Вот, возьми, — извлек Абдул-хак из складок пояса монету и протянув ему. — Счастливого пути. Жду снова.

Когда гость вышел из комнаты, караульный начальник проводил его назад, и тот затерялся среди прохожих. Отойдя сотню метров, споткнулся и присев, стал поправлять сандалию (хвоста сзади не было). Завернув за угол, еще раз проверился и снова отправился на базар.

Там, в одной из лавок, купил темную женскую одежду с сандалиями и паранджой, а у разносчиков дюжину лепешек, редек и овечьего сыра, уложив все в хурджин. Вскинув на плечо, вышел за ворота и направился к северной окраине Файзабада. На одном из горных склонов темнели крепостные развалины, над которыми возвышалась башня.