Книга Диверсанты, страница 122 – Валерий Ковалев

– Так, значит, говорите, вы из 37-й? – приняв «языка» и выслушав в блиндаже доклад, поинтересовался начальник штаба полка дивизии под грохот все усиливающейся канонады.

– Из нее, товарищ майор, – ответил принявший на себя командование Легостаев.

– В таком случае тоже отправляйтесь на левый берег, – сказал тот. – За немца спасибо. Больше не задерживаю.

– Ну что, двинем к своим? – когда все вышли в траншею, кивнул в сторону покрытой разрывами Волги Сафронов.

Там, в дыму и огне, порой просматривались речные бронекатера, осуществлявшие переброску в Сталинград свежих сил с боеприпасами, а обратно раненых.

Укрывшись за бровкой,разведчики перемотали сопревшие портянки и выкурили по цигарке моршанской[45], которой угостились у солдат, после чего вылезли из траншеи и перебежками добрались к реке, до которой было метров двести. Там, скатившись в свежую воронку на берегу, осмотрелись.

Выше по течению, у догорающей переправы, разбомбленной немцами с воздуха, они заметили тройку бронекатеров, с которых выгружалось пополнение. Навьюченные оружием с боеприпасами, солдаты брели по мелкой воде к суше, а катера поддерживали их огнем своих пушек и пулеметов.

– То, что нам надо! – перекрикивая канонаду, заорал Легостаев. – Ходу к катерам, братва! – И первым выскочил из воронки.

Когда разведчики подбежали к плавсредствам, высадка закончилась и шла погрузка раненых, в которой они приняли деятельное участие. Спустя короткое время, огрызаясь огнем, бронекатера отошли от берега, взяв курс на противоположный. До него добрались только два (третий разнесло на середине прямым попаданием снаряда), и тут парням не повезло. При высадке их почти сразу задержал патруль во главе с бдительным старшим лейтенантом, потребовавшим предъявить документы. А поскольку таковых не оказалось, группу разоружили и доставили в Особый отдел, которой дислоцировался неподалеку.

Там каждого подробно допросили, и ребята сообщили, где и в качестве кого они служили. Начиная с флота, до момента задержания.

Спустя еще двое суток с разведчиками встретился худощавый капитан 2 ранга, назвавшийся начальником разведки Волжской флотилии.

– Все, что вы рассказали, подтвердилось, – сказал он. – Как насчет того, чтобы вернуться на флот? – обвел бойцов глазами.

– Мы «за», – не задумываясь, ответили ребята.

После чего на всех были оформлены необходимые документы о переводе, утвержденные командованием. Вскоре боевые корабли соединения вошли в состав Азовской флотилии, где все четверо продолжили свой боевой путь.

Как и ожидалось, парней зачислили в разведку и стали использовать с учетом специфики их деятельности. Тем более что для этого нашлось подводное снаряжение. Это были уже известные всем четверым дыхательные аппараты ИСА-М с гидрокомбинезонами.

Из нового пополнения сформировали диверсионно-разведывательную группу, назначив Легостаева старшим. Формально она входила в состав десантного батальона морской пехоты, нонапрямую подчинялась начальнику разведки флотилии капитану 3-го ранга Бархоткину.

Первым заданием, которое было поручено диверсантам, являлась разведка вражеского побережья и захват языка при подготовке Керченско-Эльтигенской десантной операции.

С выходом советских войск на подступы к Крыму с востока (в результате Новороссийско-Таманской операции 1943-го года) противник усилил оборону Керченского полуострова, осуществив постановку минных полей в проливе. Непосредственно полуостров оборонял 5-й армейский корпус 17-й армии Вермахта, усиленный танками, артиллерией и поддерживаемый авиацией, а также румынские подразделения. В портах Керчь, Камыш-Бурун, Феодосия и Киик-Атлама противник базировал более трех десятков десантных барж, тридцать семь торпедных катеров, двадцать пять сторожевых катеров и шесть тральщиков.