Книга Разрушитель. Семейное дело, страница 67 – Александр Трогон

Однако Никите удалось довольно быстро убедить родню в целесообразности такого поступка, приведя в качестве весомого аргумента тот факт, что Иван Иваныч и его внучка также присутствовали на даче и слышали признания Вячеслава.

– Но ведь старик пообещал, что будет хранить молчание! – истерически взвизгнула Лидия. – Неужели мы должны за это еще и заплатить?!

– А по мне, так парень говорит дельные вещи, – рассудительно произнес Игнат, быстро привыкший к своему новому статусу члена семьи Вершининых.

В результате, после недолгого диспута семья, пусть и неохотно, но все же согласилась вернуть картину бывшему владельцу.

День клонился к вечеру, и небо окрасилось в нежно-розовый цвет закатного сентябрьского солнца. Старший сын Владимира вбежал в комнату и, капризно топнув ножкой, заявил, что ему скучно. В коляске разревелся младенец, которому срочно понадобилось поменять подгузник. Вершинины начали собираться по домам. Напоследок обменявшись дежурными поцелуями в щеку, все с плохо скрываемым облегчением распрощались, каждый в глубине души надеясь, что еще не скоро увидит остальных.

Выйдя из душной квартиры на шумную московскую улицу, Никита проводил задумчивым взглядом разъезжающуюся родню. В последнее время его не покидало подспудное ощущение какой-то неправильности, недосказанности всей этой истории, цепкой занозой засев в голове.

– Никитка, ты, когда к нам на дачу приедешь? – окликнула его Люся, высунувшись из окна их с Игнатомвнедорожника.

– Послезавтра, – бездумно отозвался парень, усаживаясь за руль Фольксвагена.

На дачу Никита, передумав, рванул следующим же утром. Внутренний червячок ничем не объяснимого беспокойства нещадно грыз его изнутри, и, чтобы задобрить его, парень решил не откладывать поездку.

Подъехав к дачному участку, он, поддавшись безотчетному импульсу, припарковал машину на обочине, подальше от въездных ворот. Заглушив мотор, Никита выбрался из автомобиля и огляделся по сторонам.

На дороге никого не оказалось, лишь соседский пес громко заливисто тявкал, подсунув свой длинный нос в щель под забором, и парень, недолго думая, подпрыгнул и уцепился руками за низко нависающую ветку одного из садовых деревьев. Подтянувшись, он вскарабкался наверх и перемахнул через старый покосившийся забор, едва не ободрав себе штанину. Спрыгнув на землю с противоположной стороны, Никита замер, прислушиваясь.

Голоса Люси слышно не было – видимо тетка находилась в доме. Зато во дворе задорно урчал мотор работающей газонокосилки. Пригнувшись, Никита подкрался поближе, спрятавшись за все еще густой, хотя уже начавшей желтеть и постепенно осыпаться, листвой. Игнат приводил газон в порядок, планомерно выкашивая квадрат за квадратом.

Никита уже пожалел о своем спонтанном мальчишеском поступке. Нужно было посигналить и въехать в ворота, как все нормальные люди. Он только собрался с духом, чтобы выйти из-за кустов и поздороваться с мужчиной, как Игнат выключил газонокосилку и остановился, подняв голову и пристально уставившись куда-то вверх. Внутреннее чутье заставило Никиту помедлить и остаться в своем укрытии.

Рассмотрев, наконец, что-то в ветвях разлапистой ели, растущей под окнами большого дома, Игнат пронзительно свистнул. Большой черный ворон, подпрыгнув на ветке, расправил крылья и легко спланировал вниз, усевшись мужчине на плечо. Тот одним пальцем погладил птицу по бархатной головке. В ответ ворон коротко каркнул, переступив с ноги на ногу.