Книга Посмотри в ее глаза, страница 63 – Людмила Мартова

Вспомнив про дом, Катя легонько вздохнула. Павел так и не вернулся, и она не знала, сумел ли Евгений Макаров с подчиненными обнаружить соседа и увезенную им маленькую девочку. Она двинулась дальше по улице, обдумывая главную новость сегодняшнего дня. За Лизу Маркову неизвестный похититель просил выкуп. Сто тысяч долларов в ее понимании огромные деньги, но радовало хотя бы то, что Лиза жива.

Поселок, как рассказала Татьяна Михайловна, поддерживающая связь практически со всеми соседями, тоже тихонько радовался происходящему. Как бы ни жалели соседи Марковых, как бы ни переживали за судьбу Лизы, известие о том, что дело всего лишь в выкупе, многих обрадовало.

Если бы Лизу увел со двора маньяк, все остальные дети Излук тоже оставались бы под угрозой. Последние три дня поселок притих, потому что родители не выпускали своих чад из дворов, провожая их до калитки даже к друзьям, живущим через два дома. Маньяк – это страшно, а вот вымогатель… Практически в каждом доме обсуждали, что виной всему недоброжелатели Ивана Петровича Гуляева, деда пропавшей девочки. Слишком уж он раскрутился, слишком поднялся, слишком на широкую ногу жил. Вот и позавидовал кто-то, решив, что Гуляеву нужно делиться. И, зная твердый характер бизнесмена, выбрал довольно экстравагантный, хотя и жестокий способ воздействия – похищение ребенка.

В общем выдохе облегчения, который пронесся над Излуками, словно порыв летнего ветра, Кате виделось (или правильнее говорить «слышалось») что-то аморальное. Как будто то обстоятельство, что несчастье Марковых-Гуляевых вызвано их богатством, принижало масштаб свалившегося на них горя.

– Что ты хочешь, деточка, – сказала Татьяна Михайловна, с которой Катя поделилась своими мыслями, – у каждого болит свое. То, что люди боятся в первую очередь за себя и своих детей, абсолютно нормально. Нет, конечно, Марианне все сочувствуют и к Ивану Петровичу относятся хорошо, с уважением, но то, что в Излуках не появился маньяк, люди, разумеется, восприняли с облегчением.

– Тетя Таня, но это же ужасно! – воскликнула Катя.

– Конечно, ужасно. Но кто тебе сказал, что жизнь не бывает ужасной.

Катя как раз была убеждена в том, что жизнь почти на всем своем протяжении именно такова. Но не настолько, чтобы в ней по чьей-то злой прихоти пропадали восьмилетние дети, а все остальные испытывали если не злорадство, то облегчение от того, что их собственным детям не угрожает подобная участь.

Об этом она сейчас и размышляла, пока шла по улице, гадая, кто живет в том или ином доме. Какие драмы разворачиваются за разноцветными стенами. Какие тайны скрываются за наглухо зашторенными окнами. Какие страсти кипят. За одним из заборов, не сплошным, а штакетным, видно было, как копается на клумбе с цветами пожилая женщина. При виде Кати она отвлеклась, подняла голову, и Катя узнала Нинель Георгиевну Галяеву. Так, значит, это их дом.

Августовским вечером темнело уже довольно рано. На часах еще нет и девяти, а очертания улицы уже потихоньку съедались сумерками, таяли, покрываясь легкой дымкой, усиливающейся за счет постепенно поднимающегося с земли тумана. Откуда-то из недр памяти всплыла информация из школьного курса физики, в которой Катя Ильинская, признаться, никогда не была сильна. Туман появляется тогда, когда земля теплее воздуха. После жаркого летнего дня, когда земля еще не успела отдать накопившееся тепло, а воздух уже остыл, из-за разницы температур и происходит конденсация воды. В воздухе повисают мельчайшие капельки влаги, которые и создают туман. Особенно, когда рядом река, как в Излуках.