Книга Тени дома с башенкой, страница 72 – Евгения Ринская

Это заставило Петра вернуться к разговорам об отъезде из Неприновки, полной дурных воспоминаний и неудач, только теперь в более бескопромиссном тоне.

– Не разговаривает со мной, – рыдала Таня. – Как подросток, слушать меня не хочет. А сейчас я захожу в комнату, а он вещи собирает.

Она поперхнулась сдавленными всхлипываниями. Римма Борисовна понимала, почему Таня так переживает – судя по тому, что она видела, размолвки в их семье были крайне редки, и по темпераменту не подходили ни ей, ни ему. Кроме того, для нее ставки были куда выше, чем для него – могила отца и брата, престарелая мать, ну и, что уж грехатаить, работа в музее, которая ей явно нравилась.

– Танюш, ну что ты, да подожди рыдать, – засуетилась Римма Борисовна. – Ну вспылил, с кем не бывает.

– С нами, – прошелестела на том конце трубки Таня.

– Все когда-то бывает в первый раз, – ничего лучше Римма Борисовна не придумала, но она чувствовала, что крайне важно сбавить накал страстей. – Ты главное сейчас сама не горячись. Ну, собирается, пусть собирается. Сегодня все равно никуда не денется, а там вы поговорите, машину ему может починят, все образуется.

– Мне кажется, ничего не образуется, – плакала Таня. – Может быть, вы с ним поговорите? Он вас уважает, вдруг вас послушает.

– Поговорю, обязательно поговорю, – клятвенно пообещала Римма Борисовна, обрадовавшись, что есть что-то конкретное, чем она может помочь.

Заверив немного успокоившуюся Таню, что она придет к ним вечером, как только закончит со строителями, Римма Борисовна убрала телефон и вернулась в сад за детьми.

Только детей там не было.

Пожилая дама бросилась искать вокруг дома, заглянула к рабочим, которые сказали, что никаких детей не видели, а если бы и видели, то сразу выгнали бы. Выйти за территорию через калитку они не могли – она бы заметила. И Римма Борисовна полезла в густую траву, растущую на холме, по очереди выкрикивая их имена. Ответа не было.

Римма Борисовна вернулась в сад и обессиленно села на старое поваленное дерево. Что делать? Звонить Марье Власьевне или искать? А если искать, то где?

Ее метания быстро оборвались, когда от калитки донесся звучный голос подруги.

– Маруся! Вовушка! Римма, вы где?

Римма Борисовна встала и инстинктивно оправила одежду, словно готовилась отчитываться перед учителем. Лучше бы перед учителем, подумала она, прежде, чем Марья Власьевна появилась из-за угла и на лице ее проступило изумление.

– А я вас зову-зову. Ну что, где мои сорванцы?

– Тут такое дело, – промычала Римма Борисовна, мучительно подыскивая слова, и, отчаявшись, выдохнула. – Они пропали.

Марья Власьевна остановилась, не до конца понимая, что говорит подруга.

– Как «пропали»? – недоуменно переспросила она.

Римма Борисовна повела рукой на пустой сад.

– Так. Мы с ними здесь были, ветки собирали. Потом мне позвонила Таня, у нее там такое дело, – начала было объяснять она, но быстро спохватилась. – В общем, позвонила Таня, плакала, тут связь,ты сама знаешь. Я детям сказала оставаться тут, вышла за дом, говорила с ней буквально минут пять. Вернулась, а их, вот, нет.

Первые пару секунд Марья Власьевна молча хватала ртом воздух, но годы работы женой ответственного человека не прошли даром. Она собралась мгновенно.

«Куда быстрее, чем Таня», – успела подумать Римма Борисовна прежде, чем попала в эпицентр урагана.