Книга Простить, забыть, воскреснуть, страница 99 – Аньес Мартен-Люган

И тогда Лино снова замыкается в себе, потому что его поведение – всего-навсего способ сбежать от ответственности. Смешной, опасный и бесполезный способ. Он подводит черту под любовными приключениями, проводит чистку своих отношений, сосредоточивается на заказах, потому что только во время работы его посещает спокойствие и он может сказать себе, что он не полный неудачник.

Год спустя семья Альбана в полном составе приезжает в Прованс, чтобы привести в порядок дом Паолины. Лино недоумевает, не понимая, что еще там надо сделать. Желая сохранить традицию последних лет, Альбан спрашивает, могут ли они остановиться у него. Лино счастлив, ему больно, и он злится, снова встретившись с Констанс. Но, как всегда, сдерживает свои чувства и желание. Он старается вести себя как раньше, но душа к этому не лежит. Он ее больше не провоцирует, не пускает в ход юмор и пытается всеми способами держаться подальше от нее. В свою очередь, Констанс как будто съежилась и старается не смотреть на него. Тем не менее у Лино создается впечатление, что она хочет с ним поговорить. В те редкие моменты, когда они оказываются рядом, она начинает фразу, но никогда ее не заканчивает. Сама себя обрывает, или же ее отвлекает кто-то из детей или Альбан.

После ужина она укладывает ребят, а Лино обращает внимание на то, насколько уверенным в себе выглядит Альбан. Он должен признать, что после смерти Паолины кузен изменился, сделался более солидным. Лино счастлив за него. Их роли в семье поменялись на диаметрально противоположные, думает Лино, не чувствуя горечи. У Альбана есть все, о чем он мечтал, и именно он понесет дальше факел семьи. Он бы должен выбросить его из своей жизни, но происходит обратное, Лино отказывается его терять. Альбан остается важнейшим элементом его равновесия.

– Нальешь нам что-нибудь? – спрашивает Альбан, когда Констанс возвращается в гостиную. – Что-нибудь постарше и покрепче!

Лино отвечает ему улыбкой. Возможность выпить за старые добрые времена возвращает ему чуть-чуть счастья и убаюкивает иллюзией, что, возможно, ничего не изменится. Спустя несколько минут все трое поднимают бокалы. После первого глотка Альбан под обеспокоенным взглядом Констанс протягивает Лино коробку. Лино не понимает, в чем дело.

– Я нашел это у мамы, – объясняет Альбан. – Это касается Элены.

Лино берет коробку дрожащей рукой.

– Ты знаешь, что это?

– Нет, как только я увидел, что она принадлежит ей, я отложил ее в сторону, чтобы принести тебе.

Лино отказывается замечать неискренность Альбана, он встает и прячет мамину коробку в книжном шкафу.

– Ты не откроешь?

– Нет, меня это не интересует. – Его сухой тон не оставляет места для обсуждения.

У него нет ни малейшего желания погружаться в воспоминания о матери. К тому же ему надо защититься от той, кем она была, и, следовательно, от провала своих попыток проявить уважение к ее памяти. Вина за этот провал и так заставляет его слишком сильно страдать.

– Ты прав! – соглашается Альбан. – Слишком долго мы копались в прошлом! Пора открыть путь будущему! Как раз вовремя! Нам нужно сообщить тебе новость!

Лино напрягается. Судя по удовлетворенным интонациям кузена, пора готовиться к худшему.

– Я тебя слушаю.

– Мамин дом продан.

– Что? Но… я не знал, что ты хочешь от него избавиться. Зачем?