Книга Простить, забыть, воскреснуть, страница 112 – Аньес Мартен-Люган

Я небрежно отмахнулся от ее возражения. А потом сделал выбор. Остановился, понятное дело, на Коломбине… Мастерице плести любовные интриги. Маска, которую я нашел для Ребекки, была черной, обтянутой тонким элегантным кружевом, невероятно чувственной и таинственной. Да, Ребекка солнечная женщина, но хватит ей сражаться со своей темной стороной. Пора найти маску, которая похожа на нее. Я снял Коломбину со стены и подошел к ней. Она выкатила глаза.

– Я не надену маску, которая принадлежала твоей матери! Я – не она!

Мне ее протест показался забавным, и я пожал плечами.

– Успокойся, в моем желании надеть на тебя маску нет ни грамма извращения, я не смешиваю тебя с ней! У меня, конечно, с головой не полный порядок, но не до такой степени!

Она расхохоталась.

– Уфф, – выдохнула она. – Гора с плеч! Но это ничего не меняет, я отказываюсь ее надеть, это было бы неуважительно.

Ребекка еще больше растрогала меня, если такое вообще возможно.

– Этим своим ответом ты только что его завоевала, я имею в виду ее уважение… Я достаточно хорошо ее знаю, чтобы не сомневаться: она была бы рада увидеть тебя в ней. Но если уж хочешь знать все, она ни разу не надевала эту маску. Как и ни одна из женщин, с которыми я в жизни пересекался, честное слово… Мне такое в голову не приходило, пока не появилась ты… Не знаю, нуждаешься ли ты еще в доказательствах того, что я с тобой и только с тобой, но если нуждаешься, то вот такое доказательство. Я тебе уже говорил, что ты бы очаровала мою мать… И, я думаю, Джорджо гордился бы тем, что ты ее носишь.

Ребекка недоверчиво нахмурилась, а я посмотрел на нее, давая понять, что сейчас не время обращать внимание на то, почему именно в данный момент и таким тоном я упомянул маскереро. Она кивнула. Я подошел к ней.

– Итак, нас трое желающих, чтобы ты была в ней. Согласишься?

– Действительность или фантазии? – растроганно спросила она.

Я сел рядом и погладил ее по щеке.

– Мне хотелось бы встретиться с тобой на повороте к одному из венецианских мостов, в разгар ночи… Чтобы ты ничего обо мне не знала, а я ничего не знал о тебе… Мы уже много дней существуем вне реальности… Давай так и продолжать до самого конца этого романа.

Она прикрыла глаза в знак согласия. Я зафиксировал на ней маску и завязал ленту на затылке. Через несколько секунд она привыкла к своему второму лицу и посмотрела мне в глаза. Ее взгляд выделялся на черном фоне так ослепительно, что его было трудно выдержать.

– Если бы ты меня там встретил, что бы ты сделал?

– Я запер бы тебя в пустом дворце, где ведется ремонт, – так я был бы уверен, что нас никто не прервет.

Я потянулся к ее губам: Коломбина была выбрана не без задней мысли, рот в этой маске доступен. Она развернула простыню, в которую куталась. Неважно, где мы находились – в романе или в реальности, Ребекка все равно становилась свободной от всего венецианкой моей мечты и моих эротических фантазий. Наша любовь была еще ярче, чем вчера, значения не имело ничего, кроме того, что мы проживали, ничего, кроме наших ласк, поцелуев, наших ищущих друг друга тел, которые дополняли и пожирали друг друга. Я погрузился в нее, в ее вздохи, ее стоны удовольствия.

Позже, когда мы проснулись, я заметил, что она позаботилась о маске – положила ее на ночной столик.