Книга Простить, забыть, воскреснуть, страница 110 – Аньес Мартен-Люган

С нашей первой встречи Ребекка освобождала меня от моего прошлого, излечивала от пожирающей болезни, открывала возможность сопротивляться тому, с чем я всегда отказывался бороться и что не хотел принимать. В отличие от нее, я знал последний отрезок пути, на который она меня увлекла. Мне будет трудно, но благодаря ей я чувствовал себя достаточно сильным, чтобы заново пережить то, что двумя годами раньше добило меня. И, быть может, я стану свободным, если расскажу ей все. И смогу признать себя тем, кто я есть. Наконец-то.

Я теснее прижался к ней и наслаждался ее теплом, нежностью, ароматом, кожей, от которых не мог оторваться. Во власти Ребекки было вызвать у меня такую любовь, которая раньше не была мне знакома. Если эта женщина захочет, она сможет сделать меня лучше, и этот новый человек сумеет ужиться с тем, что его терзает. Но я не повешу на нее этот груз, ведь она сама пытается справиться со своими муками. Я не попаду с Ребеккой в ту же ловушку, что с Констанс. Для этого я ее слишком уважаю. Ребекка заслуживает лучшего, чем мое безумие, моя погоня за красотой и совершенством, которая рискует превратиться в нездоровую, навязчивую идею. Ей уже удалось исправить меня, поскольку я знал, что отпущу ее и не буду ничего ждать от нее – ни обещаний, ни признаний. Бесценно уже то, что я пережил с ней, и оставшееся нам время, которое мы проживем вдвоем. Два дня, две ночи. Мы сумеем прочувствовать каждое мгновение, и я пообещал себе, что окончание моей истории не отравит их.

Теперь я был готов показать ей, что проснулся. Я приподнял голову и увидел, что она прогружена в мысли, которые мне не угадать.

– Здравствуй, – прошептал я.

Она удивленно посмотрела на меня. Я осторожно погладил ее по щеке, она блаженно зажмурилась.

– Ты как?

– Хорошо, – ответила она.

Меня ее ответ не убедил.

– Ты уверена? Я немного понаблюдал за тобой, ты такая серьезная… Как будто озабочена.

Она потянулась ко мне и нежно поцеловала.

– Не обижайся на меня… То, что произошло между нами, наверное, логично, но все равно сбивает с толку.

Я поцеловал ее в ответ.

– Согласен. Но ты не жалеешь?

Беспокойство, прозвучавшее в моем голосе, было не скрыть.

– Нет, конечно же, нет! И я, пожалуй, только в этом и уверена… Проснуться в твоих объятиях, открыть глаза и увидеть, что ты спишь рядом, ощутить себя свободной, стать самой собой и не чувствовать вины, хотеть тебя снова и снова и быть в окружении Венеции… все смешалось в моем сердце, в моих мыслях, как это было с нашей самой первой встречи. Я больше не знаю, где я – в реальности или в своих фантазиях…

– Вижу, мы оба задаем себе множество вопросов! – засмеялся я.

Она тоже засмеялась и прижалась ко мне.

– Как насчет кофе? – чуть позже предложил я.

Она кивнула.

Когда я вернулся к ней, она сидела, прислонившись к спинке кровати и закутавшись в простыни. Я сел рядом. Сделав несколько глотков, она уткнулась лицом в мое плечо, ее движение было импульсивным, естественным. Я коснулся губами ее волос. Каждая минута рядом с ней была на вес золота. Благодаря ей я узнавал, что красота может быть простой, и именно за такой красотой я всегда гнался, но не желал это признать. И я вновь понимал, на кого я похож. Сколько времени потеряно зря!

– Все эти маски принадлежали твоей матери? – спросила она.