Книга Синдром тьмы, страница 182 – Рокиа

Рыдая кровавыми слезами, я умоляю, чтобы кто-нибудь убил меня, сжег в том же пламени. Я знаю, что не смогу жить с этими кошмарными воспоминаниями.

– Девушка жива, вытаскивайте ее! Быстрее! Скоро взорвется! – это приехали спасатели.

В суматохе никто не замечает, что парень, сгоревший от собственной ревности, хочет отомстить мне за то, что я позволила ему умереть. Он поклялся мне в вечной любви при жизни и в бесконечной ненависти после смерти.

Он говорит со мной, он трогает меня, он ходит рядом.

Хотя он уже мертв.

– Синьорина Оливия, что случилось? Вам опять приснился кошмар?

Я прихожу в себя все мокрая от пота, на щеках слезы, волосы прилипли ко лбу. Испуганным взглядом осматриваю каждый угол комнаты. Сьюзен, наша горничная, протягивает мне стакан воды. Дрожащей рукой я хватаю его и подношу к губам, чтобы смочить пересохшее горло.

– Все нормально… – бормочу я и ставлю стакан на тумбочку.

– Вы так жалобно стонали во сне, я решила вас разбудить.

Я встаю с кровати.

– Спасибо, я пойду в душ, чтобы успокоиться.

Паника, охватившая меня, тает под струями горячей воды. В голове мелькают картинки из прошлого: огонь, запах бензина, грохот, крики, кровь.

Везде была кровь.

Жить в заложниках собственных воспоминаний значит не жить вовсе. Я не человек, а ходячий труп. Я превращаюсь в нечто ужасное.

Я выключаю воду и оборачиваю свое тело в полотенце. Когда я захожу в комнату, с кровати на меня смотрит мое проклятие.

«У тебя черные круги под глазами, на твоем месте я бы замазал их чем-нибудь. Иначе твоя мать догадается, что ты глаз не сомкнула с того дня…» Джек начинает осыпать меня насмешками, как всегда по утрам.

Я игнорирую его и спешу одеться. Надеваю первый слой одежды, затем пояс, который скрывает выступающие кости таза, и сверху еще один слой. Моя фигура в зеркале становится похожей на фигуру обычной девушки. Такой, от взгляда на которую не становится страшно или противно.

«Долго ты еще будешь всех обманывать?»

Я причесываюсь и беру сумку с материалами для сегодняшней лекции.

– Синьорина Оливия, ваши родители ждут вас на завтрак, – говорит горничная из-за двери.

– Уже иду.

Джек встает и начинает мучить меня. Он всегда так делает, когда я собираюсь поесть.

«Вкусная булочка с начинкой, кексы, которые испекла твоя мать, тосты с джемом… Что это с твоим лицом? Тебя тошнит? Как же ты собираешься все это съесть? Хочешь, чтобы твоя безумная мамаша опять упекла тебя в больницу?»

Сложнее всего не обращать на него внимания: он прекрасно знает, куда нужно ударить. Мало того, что он единственный, кто может использовать мои слабости, так он еще и часть моего сознания, а потому знает все мои слабые места. Битва с чудовищем, являющимся частью твоего разума, – это битва, проигранная с самого начала. О любой защите враг узнает раньше меня.

– Доброе утро, – тихо произношу я, садясь за стол на свое привычное место.

Я не получаю никакого ответа: и мама, и папа слишком заняты. Они обсуждают работу, бизнес всегда занимает все их мысли. Они даже не замечают моего присутствия.

Сьюзен кладет мне на тарелку шоколадную булочку и кекс.

– Хватит, спасибо, – с улыбкой говорю я.

«Что ты делаешь? Выброси немедленно, пока они на тебя не смотрят», – злобно произносит Джек.

Он сидит рядом со мной и отравляет каждый глоток воздуха ядом своих слов. Он не дает мне есть без стойкого желания вывернуть желудок наизнанку.