Книга Сладкое Рождество, страница 49 – Кэрри Лейтон, Эрин Дум, А. Дж. Фостер, и др.

Мои губы растягиваются в улыбке. Томас ненавидит это одеяло. Тиффани прислала его нам из Шотландии год назад, во время поездки в Европу, которую родители подарили ей на окончание университета. Я до сих пор помню открытку с надписью: «Немного рождественского настроения тебе и твоему Гринчу».

– Я не буду спать под этой штукой, – категорично заявил Томас, глядя на одеяло так, будто покрывало в моих руках было проклято.

– Это подарок от моей лучшей подруги, и мне оно очень нравится. Ну же, посмотри на этих маленьких эльфов – разве они не очаровательны? А эти олени с красными носами! – прощебетала я.

Несмотря на мои уговоры, Томас оставался непреклонен. Чтобы убедить его не прятать покрывало в шкаф, мне пришлось применить свои лучшие приемы соблазнения. Честно говоря, я была отнюдь не против.

– Несс… – бормочет он, щупая пустую половину кровати. Когда он замечает, что меня нет рядом, он хмурится, приоткрывает глаза и слегка приподнимает голову.

– Доброе утро, – улыбаюсь я, ставя кружку на прикроватную тумбочку.

Он падает на подушку и подкладывает под нее руки. Затем потягивается, приводя в напряжение все мышцы спины и плеч.

– Чего ты там стоишь? И закрой шторы, ты же знаешь, что я не выношу столько света по утрам.

Очередное различие между мной и Томасом. Я надеюсь, что рано или поздно он смирится с моей привычкой открывать окна по утрам так же, как я смирилась с отвратительным запахом сигарет в доме.

«В нашем доме…» Я все еще с трудом верю, что наша совместная жизнь – моя реальность.

– Любуюсь видом, – отвечаю я, глядя на снег, засыпавший весь город. Затем снова перевожу взгляд на него: он приподнимается, прислонившись к спинке кровати, скидывает одеяло и взлохмачивает волосы. Мой взгляд скользит по его груди, мускулистым рукам, и, когда я дохожу до широких плеч, где еще видны следы от моих ногтей, воспоминания о прошлой ночи заставляют мои щеки вспыхнуть.

Томас улыбается и уточняет:

– За окном или мной?

Я возвращаюсь в настоящее и встречаюсь с ним взглядом. Затем качаю головой.

– Замолчи.

Он улыбается и жестом приглашает меня присоединиться к нему. Я сбрасываю одеяло с плеч и подчиняюсь. На мне только черная атласная ночная рубашка – Томасу она очень нравится. Я прижимаюсь к нему. Так приятно чувствовать его тело подо мной! Я наслаждаюсь знакомым приятным ароматом – он пахнет свежестью.

Томас кладет руки мне на ягодицы, и я целую его.

– Вот теперь это точно доброе утро, – бормочет он, заставляя меня улыбнуться.

Я задерживаю взгляд на нем: лицо расслаблено, короткая борода, растрепанные волосы, зеленые глаза, по утрам они кажутся еще ярче. В движениях лень только что проснувшегося человека. Его красота сводит меня с ума.

– Ну что, готов? Сегодня важный день.

Томас закрывает лицо рукой и вздыхает.

– Конечно, как же. Просто мечтаю запереться дома с твоей мамой и выслушивать ее придирки всю неделю.

– Да ладно! Увидишь, все не так страшно. Ты же знаешь, с годами она смягчилась.

– Не смягчилась она, а просто притихла, потому что она от нас за девятьсот километров и ей не приходится встречаться со мной каждый день. Я, кстати, тоже этому очень рад.

– Нет, она просто приняла тебя, приняла мое решение. – Я целую его в кончик носа и добавляю: – К тому же приедут Лейла, твоя мама, Тиффани и Алекс.