Онлайн книга «Заклинатель снега»
|
И тут я ощутила, как воздух вокруг нас словно бы завибрировал. Фицджеральд нахмурился и посмотрел на меня сверху вниз. – Нолтон?.. – пробормотал он. Возникло странное ощущение, будто мне в грудь вбили железный штырь. Тело напряглось. – Да, Айви Нолтон, – услышала я бодрый ответ Брингли, как будто он с гордостью представлял свою дочь. Но Фицджеральд не улыбнулся, а продолжал смотреть на меня так, будто глазами разбирал меня на части. Его пытливый взгляд был мне неприятен – захотелось поскорее уйти, скрыться, исчезнуть. Я снова посмотрела на класс. Мейсон смотрел на нас так внимательно, что ощущение холода у меня в груди только усилилось. – Откуда, она сказала, к нам приехала? – услышала я вопрос Фицджеральда и посмотрела на него. Мысленно я тут же встала в оборону, опустила забрало, что наверняка отразилось на моем лице, ставшем каменным и непроницаемым. И из этой своей крепости я глухо ответила: – Я этого не говорила. Брингли, казалось, удивился моей реакции. Он нервно поморгал и, слегка сбитый с толку, посмотрел сначала на меня, потом на коллегу. – Ладно, Патрик, не будем отвлекать тебя от важного урока, мы и так уже отняли много времени. Фицджеральд наконец отвернулся от меня и нахмурился. – Да… действительно, – задумчиво сказал он. – Урок… конечно. – Тогда всего доброго! Пойдем, Айви. Я охотно последовала за Брингли. Пока я удалялась по коридору и дверь в компьютерный класс закрывалась, я чувствовала у себя на спине жгучий взгляд. И он принадлежал не Фицджеральду. Когда через несколько минут урок рисования закончился, я все еще поеживалась. Имя Роберта Нолтона пребывало в забвении уже семнадцать лет, с тех пор как он уехал из страны. Семнадцать лет совершенно новой жизни, время, за которое мир сто раз успел забыть о нем. Однако достаточно было вскользь произнести фамилию отца, чтобы Фицджеральд сразу вспомнил о нем. Как это так? «Проклятие!» – думала я, шагая по коридору к выходу. Я подняла голову и увидела паренька у двери, который, обвешанный сумками, держал большой штатив в руках и пытался локтем зацепить дверную ручку, чтобы закрыть кабинет. Я подошла и помогла ему. – Ой, спасибо тебе, а то эта бандура… Он привалил штатив к стене и устало приложил руку ко лбу. Кого-то он мне напоминал… – Эй, а я тебя знаю! Ты Айви, да? – сказал паренек. Я вспомнила его: это он в нашей гостиной кружил Карли в воздухе. – Томми, – пробормотала я. – Томас, если полностью, но меня так никто не зовет. Он был очень худой, с узкими плечами и мальчишеским лицом; его беспорядочные, как листья салата, темные пряди то и дело падали на глаза. – Занимаешься фотографией? – Ага, – ответил он, когда мы вместе пошли по коридору, – но последнее время что-то тяжеловато стало – в прямом смысле слова. Мистер Фицджеральд не разрешает нам оставлять вещи в кладовке в компьютерном классе, поэтому приходится уносить все домой. Не понимаю, жалко ему, что ли? Кладовкой все равно никто не пользуется! Я открыла дверь в главное здание и пропустила Томми вперед. – А что ты делаешь в корпусе «В»? – Рисую, – ответила я. – Тогда мы еще встретимся. У нас занятия совпадают… Смеясь и болтая, мимо нас к выходу из здания толпами шли старшеклассники. Уроки на сегодня закончились. – Кстати, еще раз извини за тот вечер, когда мы с Карли на тебя свалились. |