Книга Заклинатель снега, страница 22 – Эрин Дум

От моих осторожных шагов по аудитории разлетелось легкое эхо. Осматриваясь, я вдруг услышала:

– Извини, ты не поможешь мне?

Я обернулась на мужской голос.

Из-за большого рекламного плаката появилась пара рук, с трудом удерживающая его. Уборщик?

– Решил вот навести здесь порядок, а обратно повесить постер не могу. Наверное, старость сыграла со мной злую шутку.

Конечно, это была ирония, потому что голос и гладкие пальцы без морщин выдавали в говорящем еще вполне молодого человека.

Я промолчала в ответ и подошла помочь.

Ухватившись за рамку, мы кое-как повесили эту огромную фотографию на два крючка, торчавшие в стене.

– Спасибо, – сказал мужчина. – Он мне нужен, чтобы мотивировать учеников. Порой, чтобы создать шедевр, достаточно правильного настроения.

На постере была запечатлена художественная выставка: перед многочисленными картинами толпились посетители.

Мужчина посмотрел на меня с интересом и спросил:

– Каким ветром тебя к нам занесло?

Я смущенно отвела взгляд. Вдруг по какой-то абсурдной причине я ощутила себя здесь совершенно случайным человеком.

Какое отношение такие, как я, имеют к кружку, в котором ведутся групповые занятия, где культивируются взаимная поддержка и командная работа?

– Да в общем случайно, – пробормотала я, – просто проходила мимо.

Я быстро пошла к двери, надвинув кепку на нос.

– Хочешь записаться в кружок?

Своим вопросом мужчина показал, что видит меня насквозь. Он словно бы меня разоблачил и заставил остановиться.

И только когда я наконец посмотрела на этого человека, поняла, что ошиблась: уборщики не носят на работе льняные рубашки.

У мистера Брингли, преподавателя, были светлые волосы, уверенный проницательный взгляд лучистых глаз, которые ярко сверкали на загорелом лице цвета янтаря. Рукава рубашки он закатал до локтей. На пальцах были темные пятна, которые поначалу я приняла за следы пыли, но теперь-то поняла, что они от черного угольного карандаша.

– Ты ведь рисуешь, да? – спросил он, застав меня врасплох.

Как он догадался?..

– У тебя мозоль на среднем пальце правой руки. Я заметил ее, когда ты помогала мне с плакатом. Вполне типичная для человека, который слишком сильно нажимает на карандаш, проводя им по вертикальной поверхности. – Он простодушно улыбнулся. – Такая есть у многих художников.

Я робко посмотрела на Брингли, и он склонил голову набок.

– Как тебя зовут?

– Айви, – пробормотала я, – Айви Нолтон.

– Айви, – повторил он, словно хотел запомнить мое имя. – Как у тебя обстоят дела с учебной программой?

На обратном пути я зашла в лавку художника.

Брингли снабдил меня списком необходимых материалов, к тому же мою коробку для рисования следовало пополнить парой пустых холстов.

Пожилой владелец магазинчика был рад моему возвращению.

– О, красавица! – поприветствовал он меня, когда я вошла. – Добрый день!

Он спросил мое мнение о сангине и, кажется, был рад узнать, что я уже ее попробовала.

Купив что нужно, я пришла домой, где поставила холсты у стола в прихожей.

Из гостиной раздавался голос Джона. Я сняла рюкзак и зашла с ним поздороваться. Джон разговаривал по телефону, подперев рукой подбородок и нахмурив лоб.

– Понимаю…

Он заметил меня и кивнул.

– Да, конечно, – пробормотал он в трубку, и лицо его стало серьезным, – это необходимо сделать. Сколько дней это займет?