Книга Творец слез, страница 98 – Эрин Дум

– Выиграл его в прошлом месяце, – гордо сказал он, показывая мне кубок с последнего теннисного турнира.

Я его похвалила, и ему, похоже, это польстило. Он показал мне свои медали, и, чем больше я восхищалась трофеями Лайонела, тем довольнее он казался.

– Есть еще кое-что, что я хотел бы тебе показать. – Лайонел одарил меня хитрой улыбкой. – Это сюрприз. Пойдем.

Мы прошли через красивую гостиную, а потом он остановился перед закрытой дверью и повернулся, встретив мой любопытный взгляд.

– Закрой глаза, – сказал он, лукаво улыбаясь.

– Что это за комната? – спросила я, глядя на красивую дверь из красного дерева.

– Папин кабинет. Ну же, закрой глаза! – засмеялся он.

Игра Лайонела меня забавляла, и я послушалась. Щелкнула дверная ручка – это он открыл дверь. Взяв за плечи, Лайонел повел меня вперед. Мы дошли, наверное, до середины кабинета и остановились. Перед тем как убрать руки с моих плеч, Лайонел сжал их сильнее, как будто хотел подчеркнуть важность момента.

– Хорошо… Теперь открывай.

Я увидела перед собой красивую комнату и сразу окаменела: одна из стен была увешана рамками разных форм и размеров, а там, за стеклом, – бесчисленное количество насекомых. Блестящие скарабеи, золотистые бронзовки, куколки бабочек, пчелы, разноцветные стрекозы, богомолы, даже коллекция раковин улиток….

Я смотрела на рамки и ощущала, будто меня тоже засушили.

– Тебе хорошо видно? Не стесняйся, подойди и посмотри поближе! – в голосе Лайонела звучала гордость за коллекцию отца.

Он подвел меня к рамке с бабочками. Я смотрела остекленевшими глазами на неподвижные, пронзенные иглами тельца. Лайонел указал на экземпляр внизу:

– Прочитай, что здесь написано!

«Nica Flavilla» – гласила надпись из витиеватых букв рядом с мелкой ярко-оранжевой бабочкой.

– Ника Флавилла! Ее зовут так же, как тебя! – Лайонел улыбнулся во весь рот, как будто только что сообщил мне нечто невероятное и я должна быть польщена оказанным доверием.

Кровь отхлынула у меня от лица. Все, что я видела, это распростертые крылья и пронзенные брюшки. Но Лайонел неправильно истолковал мое молчание.

– С ума сойти, скажи? Отец любит собирать всякое-разное, но этой коллекцией он особенно гордится. Сам засушил, представляешь, своими руками, когда был… Ой, Ника, ты чего побледнела?

Я схватилась за край стола и сжала губы. Кажется, меня в любую секунду могло стошнить фруктовым льдом на мраморный пол.

– Тебе плохо? Что с тобой? – встревоженно спросил Лайонел, и я снова сглотнула, чувствуя бурление в животе.

– Подожди здесь, ладно? Я сбегаю за водой. Сейчас вернусь!

Он вышел из кабинета, а я, чтобы успокоиться, стала глубоко дышать. Удивление сыграло со мной злую шутку. Я знаю, что чувствительна к некоторым вещам, но такой реакции от себя я не ожидала. Лайонел вернулся с бутылкой воды, но тут понял, что забыл принести стакан.

– Подожди! – сказал он и снова вышел.

Я закрыла глаза, задержав выдох. Комната перестала вращаться. Лайонел вернулся со стаканом, и я его поблагодарила.

– Тебе лучше? – спросил он, когда я залпом выпила стакан холодной воды. Пришлось кивнуть, чтобы он не волновался.

– Голова закружилась, но теперь я в порядке.

– Это на тебя так мой сюрприз подействовал, – весело улыбнулся он. – Не ожидала такое увидеть, да?