Книга Любовь до гроба и после, страница 28 – Пальмира Керлис, Матильда Старр

Ладно… Будем решать проблемы по мере их поступления, и уж точно не сейчас. Мне выдалась редкая возможность насладиться обществом некроманта, который в последнее время постоянно занят. Нужно лишь подобрать интересную тему. Такую, о чем с заурядной невестой и не поговоришь. Обсудим что-нибудь научно-магическое, по-нашему, по-некромантски.

Однако подбирать ее мне не пришлось. Стоило нам выйти из дома, как Вилард заговорил сам:

— Ты же в курсе, что о допросе покойного необходимо говорить правду, только правду и ничего, кроме правды?

— Разумеется! Нам рассказывали в самом начале первого курса. Это любой дурак знает. Хотя, — я задумалась, — насчет Зейна я сомневаюсь. Как раз он может и не знать. Хорошо, что вы тогда решили взять с собой меня.

Мой тонкий намек на возможную некомпетентность сокурсника наставник пропустил мимо ушей и спросил строго:

— Тогда ты знаешь, чем чревато несоблюдение этого правила?

Он бы у меня еще азбуку спросил или таблицу умножения! Подавив возмущение, я молвила тоном прилежной студентки на экзамене:

— Если некромант в отчете о посмертном допросе солжет или допустит неточность, то духи перестанут идти с ним на контакт и ему навсегда запретят проводить такие ритуалы. А инцидент будет отправлен на рассмотрение высокой комиссии.

— Именно, — кивнул Вилард явно с каким-то намеком. Понять бы с каким. — Мы идем отчитываться.

Тут-то я и поняла!

— Вы что, правда думаете, что я нарушу правила?.. Нет, ни за что. Я не стану врать, сочинять и придумывать что-то от себя…

— …а также строить предположения и делать выводы, — добавил он.

Я замолкла. Строить предположения и делать выводы вообще-то мое истинное призвание, такое же, как некромантия.

— Слушай внимательно. — Наставник остановил меня посреди дорожки городского сквера, который мы пересекали, и смерил своим долгим, тяжелым взглядом. — В полицейском участке ты держишь рот на замке, какой бы вопрос нам ни задали. Даже будучи уверенной, что знаешь ответ.

То есть мне там и слово вставить нельзя?..

— Еще раз, — напирал Вилард. — Задают вопрос, я отвечаю, а ты потом добавляешь: «Да, так все и было». Поняла?

Я насупилась. Замечательно провела время с наставником! Не думала, что наш разговор о некромантии получится настолько обидным.

— Подтверди, что поняла, — потребовал он.

Конечно, поняла! Что тот чудесный миг, когда Вилард признает мои таланты, пока не наступил. Я обреченно кивнула, и мы пошли дальше. И слава тьме! В сквере за эту минуту стало невыносимо: из-за туч выглянуло и ярко засветило солнышко, защебетали птички. Фу, того гляди выбежит какая-нибудь девица в розовом и начнет им подпевать.

Полицейский участок днем выглядел иначе, чем под покровом ночи. Такой же маленький, одноэтажный, но довольно симпатичный, с узорчатой кладкой стен и рыжей черепичной крышей. На крыльце стояли цветочки в плетеных горшках, перед дверью лежал полосатый коврик. И не скажешь, что внутри расследуются преступления. Кстати, про внутри… От былой казенной унылости не осталось и следа. Коврики постелили перед каждой дверью, а сами двери покрыли блестящим лаком. Я крутила головой, отмечая заделанные дыры в потолке и развешанныевсюду флаги и гербы королевства. Надо же, как постарались. Интересно, если устроить тут новый разгром, интерьер станет еще лучше? Помню, что тюремная камера распложена дальше по коридору. В ней и должна сидеть бедная невиновная Домра.