Книга Кухаркин сын, страница 35 – Марта Солнечная

Да, это был железный аргумент. Вплести в перепалку Корпорацию — основательный довод в любом споре. Крыть нечем! И Молли владела этим навыком в совершенстве.

«Молчи! Вот, сейчас молчи!» — мысленно зомбировал девушку Мик. Иначе они накинутся на Кьяру всей толпой. А Кьяра и не возражала.

— Где одежда? Уже отнесла в комнату? — Мик постарался переключить внимание.

— Да, вот же! Прячет бесстыдница! Давай каждый на свои трусы будет тратить чистую воду! — Молли вытянула указующий перст на сжатую руку Кьяры.

Только тут Мик заметил, что все это время девушка что-то прятала в кулаке. Что это за лоскут? Она, правда, постирала трусы?

И у негоокончательно снесло крышу. От одной только картинки в голове, что она там под юбкой может быть совсем без белья. Что ее белые бедра соприкасаются и трутся с заветным треугольником. Тем самым, который ему «психованному ублюдку», ни видеть, ни трогать нельзя!

— Можешь на это что-то ответить?

— Нет. Я мылась и да, постирала! Здорово! Вы поймали настоящую преступницу… — Толпа возмущенно охнула. Задыхаясь, Кьяра обвела их горящим ненавистью взором.

— Две недели запрещаю тебе пользоваться душем, — не своим голосом выговором он, — Если нарушишь, будет подвергнута полному выселению, уяснила?

Мик перевел тяжелый взгляд на ее приоткрытые губы, из которых больше не доносилось ни звука.

— Да, — очень тихо произнесла она, но Мик ее услышал.

— Это твое последнее предупреждение. Еще раз тебе в голову взбредет что-либо подобное или тебя поймают на каком-нибудь нарушении правил, и ты вылетишь отсюда быстрее, чем письма из Главного отделения Корпорации.

Она низко наклонила голову и выбежала в коридор. Народ расступался перед девушкой. Все были шокированы строгостью наказания.

12.2

Разношерстное сборище людей сомкнулось. Довольная стояла только Молли. Она радостно потирала руки.

— Я тебя ненавижу, — откуда-то снизу из толпы крикнул ее старший сын и помчался сквозь людей, таща за собой за руку младшего.

Молли недоуменно смотрела вслед удаляющимся пацанам. Люди словно выдохнули. Смотреть больше было не на что. Все начали расходиться.

Только Танья осталась стоять в проеме душевой и укоризненно глядела на Мика.

Он опомнился и рванул за Ней. Расталкивая последних, не успевших покинуть предбанник, спешным шагом спускался на минус первый этаж.

Мик так давно не был тут, что уже забыл этот гнилостный душок, который в первый раз буквально сбил его с ног. Этот запах, присущий самому дешевому жилью, въедался в кожу, в каждую клеточку, пропитывал одежду, оседал привкусом горечи на языке. Он увидел обшарпанные стены, одинаковые тонкие двери, прикрывающие входы в одинаково нищие жилища.

Парень усмехнулся, вспоминая, как вначале своего пути обещал себе, что никто в его домах, не будет ютиться как селедка в бочке, что он сможет дать достойные условия. И вот, получается, не смог.

Дешевле и проще было заселять дом целиком сверху донизу, а потом толькораспечатывать новый. Содержание каждого дома: вода, электричество, ремонт, расчистка двора — обходились слишком дорого. У него не осталось больше иллюзий. Мик забыл об этом и поступил так же, как все Братства до него. И вот теперь его глаз резала убогая простота обстановки. Значит, вот так она и живет?

Перепрыгивая сразу через две ступеньки, он оказался в самом начале ее коридора. И замер. В тусклом свете редкого лампочного освещения, он увидел на полу перед входной дверью фигурку Кьяры. Она сидела, прислонившись к дверному косяку, а возле ее ног расположился ее сосед-Тайлер.