Книга Пристрастное наблюдение, страница 41 – Николь Фенникс, Марта Солнечная

Блондин еще минуту сжимал ее лицо побелевшими пальцами и не найдя в ее мутных глазах ни проблеска разума, наконец, оттолкнул от себя. Девушка, не удержавшись, шлепнулась на пол и стала отползать в угол, обиженно скуля.

— Жестокий ты, Матвей. Чем девочка не угодила? — вяло поинтересовался Олег.

— Зато ты какой-то слишком добрый. А я помню, что сам с яйцами, а значит, мне выбирать кого трахать, — и Матвей зло осклабился, — Это ты сегодня «Чудо» свое притащил. На папашу жалуешься, а сам скоро ли у нее с ладони жрать начнешь?

Меня бросило в холодный пот. Это же они обо мне сейчас.

Олег морщился, но ничего не возражал. А Матвей, подстегиваемый внутренней яростью, продолжал давить:

— Так ты поджентельменничать свое «Чудо» позвал или поглумиться?

— Ты же знаешь, что я благотворительностьюне занимаюсь, — Олег холодно усмехнулся.

— Ну, зацепила же тебя девочка, признайся. Что не дает, да? — выразительно изобразил сочувствие.

— Я и не пытался, — Олег не мог скрыть досаду.

— Ой — ей! — Матвей театрально закатил глаза, — Ты и водителем у сестрички подрабатываешь, и Олесю-то бросил, и в рехаб ее упекли из-за тебя, между прочим. Кого ты хочешь убедить, что не пытался? Думаешь, что все вокруг слепошарые и не заметят? Тебя девчонка деревенская на улицу скоро выгонит, а ты все дальше мямлить будешь, что сам так и хотел…

Настолько грубо пойманный, Олег был уничтожен.

— Олеся давно уже в неадеквате была и это не твое дело, вообще, — Олег уже не мог остановиться. Разговор растравил парня, и ему явно хотелось реванша, — Сам-то, блядь, мастер…

— Ну, я-то сопли жевать точно не буду. Хочешь посмотреть?

— Давай, покажи!

— А потом не заплачешь, что твою игрушку сломали?

— Да, ты чего задумал-то?

Матвей ничего не ответил. Бросив на друга многозначительный взгляд, развернулся на выход из кабинки и направился к тому самому месту, где стояла я.

Меня трясло, но я бездумно перебирала ногами, чтобы убраться куда-нибудь подальше от этого ужасного места. Очень торопилась. Постоянно в кого-то врезалась. Держась за перила, сбежала на первый этаж. Множество людей вокруг не успокаивало, но придавало уверенности. Я почувствовала, как дерет пересохшее горло. Клуб сразу потерял свое очарование. Чтобы пробраться к барной стойке мне пришлось протиснуться через нескольких неприятных мужиков, от которых разило потом. Да, и у остальных посетителей лица были не лучше. Какие-то красные морды со слипшимися волосами на лбу, лоснящиеся от жира, отяжелевшие в пьяном угаре. Когда все вокруг успело так поменяться, а люди превратились в стадо свиней?

Подлетела к знакомому бармену и поспешно попросила еще воды. Больше всего на свете в этот момент мне хотелось, отыскав пальто, уехать домой и больше никогда, никогда не видеть Олега, не разговаривать с ним, не верить.

— Ох, неуловимая, наконец-то поймал тебя! — рассмеялся рядом Матвей и накрыл своей ладонью мою руку на барной стойке.

Я была готова к чему угодно, только не к тому, что он отправится меня искать прямо сейчас. Я выдернула руку, раздражаясь все сильнее и чувствуя, как бешено застучало сердце.

— Вы, наверное, ошиблись — я захотела сразу отвязаться от Матвея, — Мы не знакомы.

— Ну, что ты такое говоришь, Женечка, — он захохотал еще громче, запрокидывая голову, так что со стороны могло показаться, что я удачно пошутила, а парень оценил мой юмор, — Я — Матвей, мы же виделись в универе.