Книга Драконово логово. Развод столетия, страница 109 – Эва Кертис

— Мастич одержим властью и контролем, — глухо говорит Бернард. — А значит, ты для него можешь стать прекрасным инструментом, способным усилить влияние и дать больше власти. Он будет использовать все средства, чтобы заполучить тебя, Алина. И поверь, он не станет слишком интересоваться, чего хочешь ты. Нам нужно разработать четкий план, прежде чем ты назначишь ему встречу.

Рубен, мой возлюбленный…

Слова бессильны выразить ту бездну скорби, что разверзлась в моем сердце. Вина жжет меня изнутри, подобно адскому пламени. Наша любовь, Рубен, была единственным маяком, освещавшим мрак моих беспросветных дней.

Бернард… он…

О, Рубен, умоляю, заклинаю тебя — поверь! Он словно тень, неотступно преследующая меня, он — дыхание смерти, сковывающее мою душу! Возлюбленный мой, единственный, Рубен, будь моим рыцарем, моим спасителем! Вырви из страшного плена, из этой ледяной темницы, где нет ни любви, ни тепла. Прислуга презирает меня, муж смотрит сквозь, словно на придорожную грязь, которую невозможно отмыть.

Мне необходим свет твоей любви, Рубен, как иссохшей земле — дождь! Если ты смилуешься над грешницей, то я буду ждать тебя в таверне «У Мойса» за самым дальним столиком, словно заблудшая душа, ищущая спасения.

Твоя навеки грешная Аврора…

— Мне кажется, ты перегибаешь палку, — кривится Бернард, читая послание Рубену Мастичу.

— Алин, я даже и не знал, что в тебе скрыт такой талант к эпистолярному жанру. Может, тебе стоит подумать над тем, чтобы писать книги? — с любопытством заглядывает Густав за плечо Бернарда, чтобы прочитать написанное мной.

— Вы оба выдумываете. Во-первых, — я смотрю на своего бывшего-будущего мужа, — нам нужно, чтобы он отреагировал. В вас, мужчинах, инстинкт героя превалирует над здравым смыслом. Неважно какие цели вы преследуете, быть везде первым и лучшим — в вашей крови.

— Мне это все равно не нравится, — обреченно бурчит Бернард.

Я отнимаю у него письмо, которое отправят Мастичу, и быстро целую в подбородок.

— Прекрати, мы с тобой все обговорили. Макс в курсе, его охрана в курсе. Ничего страшного не произойдет.

— Да, — он притягивает меня к себе. — Действительно. Что же страшного может произойти, когда ты окажешься один на один с человеком, которой, преследуя свои цели способен на многое.

Бернард крепко обнимает меня. Его руки обхватывают так сильно, словно боятся, что я растворюсь в воздухе. Я чувствую его беспокойство каждой клеточкой своего тела. Он прав, конечно. Мастич — непредсказуем и опасен. А игра, в которую мы играем, слишком рискованна. Но другого выхода нет. Если мы хотим вытащить всех заговорщиков на свет, раз и навсегда устранив угрозу, топридется идти ва-банк.

— А что тот человек, которого мы встретили не так давно в дворцовом коридоре? — нахмурившись, спрашиваю у Бернарда.

— Он покинул Логово, — хмыкает Бернард. — Почуял, что запахло паленым и решил сбежать. Но далеко не уйдет.

— Макс кого-то послал за ним? — спрашиваю я.

— Да, за Драутером идет слежка. Он сейчас в панике и вряд ли что-то заметит. В удобный момент королевская охрана схватит его на горячем и притащит в подземелья, — отвечает Бернард.

— Что с ним будет дальше? — вырывается у меня вопрос.

— Лина, он предал корону.

И я понимаю, что это означает. Вздыхаю, осознавая, что другого ответа и не ждала. Предательство в Логове карается смертью, и Драутер сам подписал себе смертный приговор. В животе неприятно скручивается от осознания, что в этом мире все не так уж просто. Драконы справедливы и великодушны, но если уж предательство происходит, то совершивший его может не ждать пощады.