Книга Код Кентавра, страница 41 – Даниэль Кирштейн

Кайден Вольф стоял у панорамногоокна своего кабинета, глядя на звезды, но не видя их. Перед его мысленным взором все еще стояла фигура кадета Рин на Полигоне-7. Грязная, уставшая, хромающая, но с упрямым блеском в глазах, который так диссонировал с той информацией, что хранилась в ее официальном файле.

Он прокручивал в голове запись тренировки, которую его комм автоматически фиксировал. Ее неуклюжие попытки использовать оборудование. Ее панику перед ловушками. Ее почти животное чутье, позволявшее ей избегать опасности в последний момент. И тот безумный подъем по трубам… Это было не просто нарушение протокола, это было нечто за гранью логики кадета, даже кадета с амнезией. Это было… отчаянно. Первобытно. И, как ни парадоксально, эффективно.

Он коснулся сенсорной панели на своем столе, выводя на большой экран данные биометрии и психопрофиля Каэлы Рин до ее исчезновения. Холодная, расчетливая, амбициозная. Высокий интеллект, превосходная физическая подготовка (но без акробатических отклонений), идеальное знание устава, склонность к манипуляциям, низкий уровень эмпатии. Ничего общего с той девчонкой, которая только что стояла перед ним, пытаясь скрыть дрожь в коленях и глядя на него с плохо скрываемым вызовом.

Идентификация — 99.87 %. Генетический маркер — идентичен. Как? Он снова и снова задавал себе этот вопрос. Ошибка системы? Маловероятно, системы Цитадели были самыми совершенными в известном космосе. Умышленная подмена данных? Кем? Зачем? Или… что-то иное? Что-то, выходящее за рамки его понимания, его опыта?

Он вспомнил ее ответ на вопрос об идее с трубами. «Действовала по ситуации». Эта фраза эхом отдавалась в его голове. В ней не было ни бравады, ни лжи. Просто констатация. Словно для нее это было естественно — искать самый невозможный, самый опасный путь, если он ведет к цели.

На его обычно непроницаемом лице на мгновение промелькнуло что-то похожее на замешательство. Глубокая, почти забытая эмоция. Эта девчонка… она была не просто аномалией. Она была загадкой, обернутой в парадокс. Она выбивала его из колеи своей непредсказуемостью, своей странной смесью уязвимости и силы. Она была хаосом, ворвавшимся в его упорядоченный мир, в его тщательно контролируемую Академию.

И этот хаос… он интриговал его. Пугал и притягивал одновременно.

Он вспомнил ее взгляд, когда она отвечалаему. В нем не было подобострастия или страха, который он привык видеть в глазах кадетов. В нем было упрямство. Воля к жизни. Что-то настоящее, не сломленное, несмотря ни на что.

Кайден Вольф резко тряхнул головой, отгоняя непрошеные мысли и эмоции. Это была слабость. Он не мог позволить себе слабость. Эта девчонка, кем бы она ни была, — проблема. Потенциальная угроза стабильности Академии. И его задача — либо нейтрализовать эту угрозу, либо поставить ее под полный контроль. Ее «интересность» не должна была мешать выполнению долга.

Он снова вызвал на экран ее обновленное расписание тренировок, добавив туда несколько особенно жестких модулей из программы подготовки спецназа флота. Давление нужно было усилить. Сломать ее или выковать из нее нечто полезное. Других вариантов он не рассматривал.

Но где-то в глубине его сознания, за стеной ледяного самоконтроля, остался вопрос: что, если она — не просто ошибка системы или шпионка? Что, если она — действительно нечто иное? И сможет ли он сам устоять перед этим хаосом, который она несла с собой?