Онлайн книга «Второе дыхание»
|
Час до обеда во вторник прошёл бестолково — ни чертапо работе не сделал, пил кофе, курил, думал о жене. И чем дольше думал, тем сильнее хотелось увидеть, услышать, узнать — как она там, какие новости, о чём переживала, чем занималась. И обнять. Ужасно хотелось просто прижать к себе жену. Но звонить по-прежнему было стрёмно, хоть это и идиотизм чистой воды. Они же столько лет женаты! Да и вообще, он ещё не высказал ей за этого идиотского Львёнка. И вдруг, как молния — трекер же есть. Можно же узнать: где была, сколько, когда. И приехать слегка подготовленным. И с вопросами. Если успеть их задать до того, как в голову прилетит что-нибудь тяжёлое, то можно перехватить инициативу и, вероятно, решить проблему малой кровью. Верится с трудом, но вдруг? Фигня-вопрос. Открыть приложение, просмотреть данные. И знатно офигеть. А трекер-то не работает уже больше месяца. Нет сигнала. Датчик не подключён. И произошло это ещё до того, как Улька в гневе умчалась из дома. Как он проглядел даты? И самое главное — а что весь прошедший месяц делала его жена? И с кем? И где? И почему, чёрт возьми, она отключила датчик?! И как ещё нашла-то? На душе нехорошо похолодало. Но безвыходных ситуаций ведь не бывает. Главное — всесторонне рассмотреть проблему. Родню жены не спросишь — он ещё в своём уме. Провоцировать низвержение гневных громов и молний себе на голову добровольно? Нет. Остаётся очень неожиданный вариант — Влад. Брат, последнее время, постоянно оказывается «неожиданным вариантом». К чему бы это? Может пора принять, что да, Алёнки больше нет и не будет. Никогда. Но есть брат. Влад. И они оба с ним нуждаются в том, чтобы друг у друга быть. Не вежливо и на периферии, а как близкие родственники быть. Тогда озадачим Влада. Младший ответил быстро, но непонятно. Юный падаван: «Говорил с Полей вчера. Уже лучше всё. Видел мельком Ульяну в воскресенье — вроде норм» Большой Брат: «В смысле, говорил с Полей?» Юный падаван: «Тебя не касались» Большой Брат: «Оу. То есть, она в курсе фотографий?» Юный падаван: «Да, всех. Обсуждать не желает» Большой Брат: «А ты настаиваешь?» Юный падаван: «Да, давно пора» Большой Брат: «Удачи тогда. А Уля чего сказала?» Юный падаван: «Ничего. Она меня не видела» Большой Брат:«Но внешне она в порядке?» Юный падаван: «О! Более чем» Большой Брат: «Ладно. Скоро буду дома. Надо повстречаться через недельку будет» Юный падаван: «Как скажешь. Пиши звони» Большой Брат: «Конечно. Обалдел тут с этой грёбаной работой. Устал. Хочу семью увидеть» Юный падаван: «Месть, брат, говорят, подаётся холодной. Наслаждайся» И фото. Одно. Но эмоций от него. Миллион. Летняя терраса «Мождо» (ноги их там не будет больше), столик с диванами в дальнем углу. На переднем плане, на краю дивана, большой пакет с вязаными Улькиными творениями. Вроде как, не просто так встретились? Широченная спина долбаного Львёнка, затянутая в синюю рубашку, почти во весь кадр, усыпанная золотыми кудрями. Он такой здоровый, что Улька кажется крохотной в его огромных лапах, и её еле видно. Немного плечо, руку, но в основном — тёмную макушку, в которую уткнулся мордой этот бессмертный гад. Сердце бухает в горле. В башке звенит. В глазах темнеет. Хочется что-нибудь сломать, кого-то убить, всё бросить… и валить отсюда, туда, быстрее, пока наглый московский мажор… |