Книга Второе дыхание, страница 122 – Дора Шабанн

Поудобнее устроилась на коленях любимого, несмотря на годы, мужа. Промурчала в ухо:

— Хорошо, милый. Закрываю больничный и пишу заявление. Но учти, вместе — не только командировки, но и детские учебные заведения, праздники, врачи, кружки, спортшкола. Вместе — когда ты пылесосишь, а я мою полы, ты в магазин, а я к плите или наоборот. Если я в ночи свожу сметы, то ты утром готовишь завтрак и развозишь детей.

Закончить выступление мне не даёт Любочка:

— Я ушла гулять с бабой Лерой. Спать после обеда тоже у неё буду. Домой приду вечером, когда Надя с Верой вернутся.

Не рано ли такие заявления в пять лет, нет?

И эта сопля гордо удаляется в прихожую, где слышен увещевающий голос свекрови. Через некоторое, непродолжительное, время хлопает дверь, щёлкает замок. Мы с супругом остаёмся одни до восьми вечера. Обалдеть.

Что сказать, к обсуждению подробностей проекта мы вернулись часов в пять. В шесть ровно Тём умчалза старшими в клуб, а я водворилась на кухню, соображать. Для начала — ужин, а потом просто. Хоть что-то соображать, кроме восторгов по поводу собственной, внезапно вспыхнувшей новыми гранями личной жизни.

Боги, кому сказать — не поверят. Да, я сама себе до сих пор не верю. Но, вопрос контрацепции надо всё же пересмотреть. Я этим утром, пока результат теста ждала, чуть в блондинку не обратилась. Всё же в моём возрасте такие переживания, вообще, не на пользу.

Вечер понедельника подарил, казалось, утраченную навечно, радость семейной жизни. И общности.

83. Артем. Август. Санкт-Петербург

Вторник был странный. Похожий на слегка суетное время перед отъездом в отпуск — надо срочно метнуться по учреждениям, строго к определённому времени, получить официальные бумаги, а потом магазины и нескончаемые покупки. Причём, жена, как обычно, ничего себе не покупала, а всё время наряжала дочерей.

В этот раз Артём решил, что он здесь самый главный, поэтому, пока школьницы проходили медосмотр в районной поликлинике, они с женой выпили бодрящего свежесваренного кофе с круассанами в ближайшей кофейне. А после, бурчащие и ворчащие наследницы были провезены по магазинам школьной формы, спортивного снаряжения и приличной обуви. Все возмущения и недовольство гасились на корню. Необходимое было приобретено в рекордные сроки. Подходящее, приличное, подъёмное в финансовом плане, и в полном комплекте, абсолютно целиком закрывающее потребность на ближайший учебный год.

Затем последовал обед в приличном семейном ресторане, омрачённый только лишь телефонным разговором с Георгиевичем. Но все же взрослые и адекватные люди, так что, в итоге к консенсусу пришли. Горящее и сложное обсудили, о приемлемых условиях расставания договорились.

Матвей Константинович в это же время прислал на почту договора. Долевого участия и трудовые.

А пока его девочки выбирали себе заколочки, бантики, носочки и косметику, он сделал то, о чём думал последнюю неделю постоянно.

Заказал парные футболки с фотографией их с женой переплетённых рук, с чётко просматриваемыми обручалками и узнаваемыми кистями: по Улькиной тату на третьей фаланге среднего пальца, которую она сделала года три назад вместе с матерью и сестрой, и его ломаному, да криво сросшемуся в глубоком детстве,мизинцу. И надписи. На спине и над рисунком — «Навсегда вместе».