Книга Если к другому уходит невеста, страница 25 – Дора Шабанн

— Анечка, побуду нескромной, когда еще доведется, — за самоваром заявила Ева, заставив супруга поперхнуться чаем и вытаращить глаза. — Хочу попросить у тебя одну из твоих девочек-феечек. На стекло в кухне, как в Союзе делали — зубной пастой, можно?

Я слегка растерялась сначала, а потом вдруг вспомнила, что нечто подобное я видела совсем недавно. На одной черно-белой фотографии из бабушкиного наследственного сундука было изображение шикарного несущегося коня с развевающейся гривой на оконном стекле второго этажа школы, где бабуля Лида преподавала математику.

Помню, было мне лет двенадцать, бабушка сетовала, что учитель ИЗО, многие годы создававший им каждый год на окнах школы настоящую сказку, завершая очередной шедевр, навернулся со стремянки очень неудачно. Сложный двойной перелом правой руки и все. Никаких больше цветов, ежей, бабочек, кошек, сов, звезд и прочей красоты.

Тот огромный, великолепно прорисованный огнедышащий дракон, ставший последней работой мастера, жил на окне директорского кабинета лет пять. Они даже стекло умудрялись как-то мыть, чтобы его сохранить. Фотографировались с ним, на конкурсы отправляли. Буквально — визитная карточка школы была.

А тут просто феечка.

И хозяева невероятно милые.

— Конечно,я нарисую. Да хоть прямо сейчас. Мне бы кисточку.

Кисточек предложили на выбор с десяток, пасты тоже были в наличии в достаточном количестве, так что, уточнив примерный желаемый размер феечки, я приступила к освоению новых материалов для своего самовыражения.

Тихо вздыхая в ожидании очередного маленького личного чуда.

Черны чулки, часы, чулан и собачонка,

А чёртов дедушка на чучело похож.

(А. Усачёв)

Подозревая бабушку Еву в сокрытии беглого деда, на следующий день Ник заявился к родственникам не к ужину, а часа на два раньше. И как оказалось, был очень, очень прав в своих выводах.

— Ты не вовремя, маленький чертенок, — поприветствовал его неуловимый дед и попытался закрыть перед носом обалдевшего внука входную дверь.

— Я уже давно вырос и теперь в нашей семье известный волшебник. А волшебники всегда приходят вовремя, тебе ли не знать, — пробормотал Никита Игоревич и с некоторым усилием протиснулся внутрь квартиры, ибо дверь дед полностью так и не открыл.

Дед нахмурился, но изгонять кадилом и ладаном прорвавшегося в дом «беса» не стал.

— У нас там процесс рождения чуда, и любопытным места нет, а ты непременно полезешь, так что давай-ка ко мне в кабинет пойдем. У тебя, Ева сказала, дело ко мне срочное имеется, — говоря все это, достопочтенный профессор Одинцов, натурально волок, опешившего внука в глубину квартиры.

Еще и дверь в кабинет за ними запер.

Обострившаяся интуиция вопила, что все эти ж-ж-ж неспроста.

Но сразу начать сопротивляться напору деда не сообразил, а потом стало поздно: дед уже загнал его в свой кабинет.

— Дед, дай мне телефон твоей «грантовой» Аннушки и Снегурочки по совместительству, — с места в карьер начал Ник, умостившись в кресле около массивного рабочего стола.

— Вот это поворот, как говорят мои аспиранты, — ехидно заулыбался Николай Николаевич, — а что за нужда такая вдруг? Из Администрации Анечка уволилась, так что свои идеи о государственном спонсорстве ваших кабаков можешь отставить, не поможет.