Книга Хорошая девочка. Версия 2.0, страница 46 – Дора Шабанн

Рус и Марк шли по обе стороны от меня и лениво пробовали язвить. Я бы сказала: «На виражах слабовато, но орлы! Споемся…», но больно уж перспективы удручали.

Мне было так неловко, просто кошмар. В Универе, когда подкаты случались, то они чаще всего меркантильные: муж старый, протекцию на кафедре могу составить, зачеты-экзамены без проблем — договорюсь. Это я давила на раз. Иногда морально, иногда вербально, бывало, что и физически.

Нет, за мою педагогическую карьеру было два влюбленных юноши с серьезными намерениями и декларацией сильных чувств, но было это да-а-а-авны-ы-ым давно. Тогда и небо было голубее, и трава зеленее, да и я помоложе.

А тут чтоделать? Он же маленький совсем, хрупкий, нервный, сложный, как большинство подростков.

Как не испортить мальчику психику, не порушить веру в чувства, показать перспективы, соответствующие его возрасту?.. и все это свалилось на мою кипящую голову.

Страдания прервал телефонный звонок.

Влад.

О, мама мия… как всегда, вовремя.

Но не в то:

— Внимательно.

Мигом насторожились все.

А там Владимир Львович во всю мощь лекторского голоса:

— Марго, сверим часы: я заеду в восемь, предварительно наберу из такси. Сколько у тебя вещей? Документы все взяла?

Слегка оторопела от обращения на «Ты» и трансформации имени:

— О, как. Слушаюсь, мой генерал. Все готово: и документы, и чемодан. Жду звонка.

Убрала трубку в карман. Обвела взглядом народ, вопросительно изогнув бровь.

Рус махнул рукой и все как будто бы облегченно выдохнули:

— Это мамин аспирант и коллега по совместительству. Влад Львович. Мы с ним Новый год встречали, а завтра они улетают на два месяца в Китай. Как обычно.

Все снова загомонили: желали хорошей поездки, отличной погоды, больше гулять, меньше работать. Обещали, что будут молодцы и присмотрят за Русом.

Вот такие радостные мы и ввалились в метро. На эскалаторе тихонько рассредоточились. Сын вздохнул:

— АЛаду Юрьевну Бенедикт домой повез, гад! Мам, я после восемнадцати сразу на права сдавать буду.

— Да пожалуйста. Одобряю. Только помни, что упускать учебу нельзя, и я все ж таки желаю видеть тебя среди студентов. Пусть если и не моего ВУЗа, то хотя бы нашего города.

Стоящий ниже на две ступени Игнат весело заржал:

— Тетя Рита, а вы обрадуетесь, если мы все к вам подадимся?

Вздрогнула.

— Упасите Пресвятые Просветители, Игнат! Вам это не надо, а уж мне-то — тем более.

Въедливый Иван уточнил:

— Не надо из-за наших способностей и склонностей характера, или потому что мы вас за время школы достали?

С удовольствием посмеялась. Потом осмотрела настороженные мордочки и сделала то, что в принципе не люблю: начала каждому предметно излагать мое субъективное видение их пути развития.

Провозились с характеристиками аж до конечной станции. Было смешно, что ребята усадили меня в углу вагона, там, где трехместная лавочка, и по очереди присаживались — послушать тетушку Мудрую Сову.

Но совы, ну, вы помните…

Так что я не жестила, не настаивала и не навязывала. Была максимально объективна, опиралась на собственные выводы о каждом, сделанные за годы знакомства. Учла даже их школьные тесты, доклады и проекты, которые они делали совместно и преимущественно у нас дома: богатая библиотека, тишина, есть еда.

Отползали дети или задумчивые, или довольные. Ох, и будут мне названивать их родители.