Книга Немного о потерянном времени, страница 101 – Дора Шабанн

Вот такая вот карусель.

И только Степан Тимофеевич, как парт.билет — всегда со мной.

Как же бесит.

Высшего образования у моего «сюрприза» не было от слова абсолютно, но именно от этого же слова происходила его феноменальная уверенность в собственной правоте и неотразимости. И со всей этой прелестью мне приходилось иметь дело ежедневно. И с толпой свежеобразовавшихся поклонниц его.

Добрым словом я вспоминала супруга не раз. Признавая разумность идеи тем не менее к исполнению у меня были вопросы. И претензии.

Только дома, хоть и ненадолго, но можно было расслабиться.

— Мам, вот математика, вот домашка по русскому, стих я выучил, а по окружающему надо сделать какую-то фигню, — обычно радостно приветствовал меня с порога Ник.

Дальше выползал Рус со схемами и планами, ну, и осторожными, такими окольными вопросами про Ладу.

Здесь я держалась стойко, так как ведьмачий чат уже успел все обсудить и спланировать, поэтому старший сын получил четкие инструкции:

— С Ладой все в порядке. Относительно. Сейчас она находится на восстановительном лечении, а дочь готовится к операции. Как только твоя дама сердца покинет стены заведения — поедешь на встречу. Соберись с мыслями. Найди слова. Будь готов принять на свои плечи груз ответственности за них. Будь взрослым, мудрым и терпеливым.

А после мои мужчины баловали меня всякими вкусностями.

Если на ужин была паста в любых видах, значит, на кухне хозяйничал Ник,если жареная картошка и запеченная рыба или креветки — являл нам свое искусство Руслан Владимирович. Остальные кулинарные шедевры выходили из-под золотых ручек дорогого супруга. И был Влад столь убедителен в роли шеф-повара, что его армейский приятель обязательно у нас задерживался, а после цветисто и эмоционально нахваливал и разносолы, и оформление, и подачу. Восхищался обычно иносказательно и таким образом, что я видела, как у Руса кулаки чешутся.

— Мам, задрал он петь про то, какой батя классный, и что мы его не заслуживаем. Что отец без труда будет растащен на сувениры восторженными дамочками, а ты ему совсем не подходишь.

— Милый, выдохни. Ты это понимаешь, я это понимаю. Полагаешь, что сам Влад всех этих посылов не уловил? — закатываю глаза, уже в изнеможении, поскольку день был утомительный, а впереди еще окружайка и беседа с дорогим супругом на предмет, не пора ли цирк с охраной сворачивать. А тут еще внеплановый разбор полетов с Русом.

Мой большой «маленький мальчик» пофыркал злобным ежиком, повертел головой, сложил в уме явно многоэтажную нецензурную конструкцию и перед сном позволил пригладить его непокорные, начавшие отрастать, кудри.

Моя долгожданная радость. Гордость. Счастье.

Мой старший сын. Умница и красавец. Сейчас еще эмоции в узду возьмет и все — идеальный мужик будет.

Поцеловав этого любимого мальчика, отправилась на поиски остальных.

Заглянула в кабинет, но супруга не обнаружила. Удивилась.

Оказывается, искомые товарищи проводили вечер вместе, у Ника.

Сосредоточенные, сидели друг напротив друга на полу, а между ними лежала старая, еще из Ижевска, дедушкина шахматная доска.

Влад с Русом начали играть в шахматы как-то сразу, стоило лишь нам всем начать обитать на одной территории. В карты, дженгу или квартет мы играли всей семьей, а вот на шахматы меня даже не звали. И нет, я не чувствовала себя обделенной. Мне всегда было чем заняться в это время. Так что да, я мало чего помню из шахмат. Кроме разве что: «Королева любит цвет». Ну и главное правило для меня всегда было: «Взялся? Ходи!».