Книга Измена. Закрывая гештальты, страница 27 – Дора Шабанн

А когда незнакомая горячая рука обвила талию, и смутно узнаваемый голос зашептал на ухо, мне показалось, что я чудесным образом перенеслась лет на двадцать назад:

— Как же ты хороша, Аринка. Годы идут, а тебе всё нипочём. Такая же нежная, сладкая, а как пахнешь…

Если тебе подобные вещи говорят в молодости, это льстит, это здорово, но когда тебе сорок лет и ты находишься в процессе развода, то такое состояние скорее называется шоком.

— Сколько лет прошло, а ведь так забыть и не смог, — продолжает бормотать в макушку Игорь.

Езус-Мария! Чем я думала, когда с Анфиской соглашалась сюда прийти?

Да ничем не думала.

На что угодно была согласна, лишь бы дома в обществе дочери и кота не сидеть. И Лера, и Тигра Второй чудесные, но боль души и сердца от такого количества предательств они унять не в силах. Хоть и стараются.

Тигра вообще с момента ухода из дома Кота является спать ко мне на грудь каждую ночь. Поддерживает как может, пушистый помощник.

— Хотела отомстить, наказать, милая, я все понял. Да и за тайны мне следовало ещё не так по башке настучать, но годы прошли, и я готов на весь мир орать, как тебя люблю и какая ты прекрасная, — Игоря будто бы не трогало то, что я застыла в его руках соляным столбом.

— Ты когдауспел так набраться? Эй и чем? Здесь же только шампанское.

А что я ещё должна подумать, если он такой бред несёт?

Игорь разворачивает меня к себе и продолжая обнимать, шепчет на ухо:

— Что ты, милая, я ведь не пью почти. У меня маленькая транспортная компания, иногда случаются накладки, так что самому за руль. Какое уж тут пить?

— Тогда прошу прощения, что это за поток сознания, Игорь? Ты вообще в себе? — отзываюсь тоже тихо, потому как внимание мы все же привлекли.

Еще бы, здесь же первые сплетники собрались.

Ох и новостей теперь будет…

Анфиска салютует бокалом с другого конца зала, стоя рядом с нашим с ней общим науч.руком.

Улыбается, засранка. Так себе терапия, мне кажется. Хотя мысль вспомнить былое очень привлекательна, да.

— Не поверил своему счастью, когда тебя увидел, — моя первая большая любовь увлекает меня в уголок и прихватывает с собой тарелочку с рыбными канапе и тарталетками с икрой.

Так, Арина, возьми себя в руки. Не время расслабляться. Ты в состоянии агрессивного развода.

Но это же «первая любовь»? Вихрь эмоций, шквал чувств и обжигающая страсть…

Да, сейчас он говорит то, о чем я мечтала.

Двадцать лет назад.

Но вдруг эти безумные чувства можно вернуть? Хотя он же мужчина, и вряд ли жил монахом все эти годы.

Нужно ли мне это?

— Прошу тебя, дай мне лишь один шанс, любимая! Ты не пожалеешь. Я искуплю свою вину, ты никогда не будешь чувствовать себя постыдной тайной, Ариша.

О, как. То есть я была права.

Обидно?

Ну, так, слегка.

Нужен ли мне такой вот непонятный сюрприз? Неужели мне не хватает неприятных неожиданностей от родни?

А в ушах звучит голос Анфиски, сейчас укоризненно глядящей на меня издалека:

— Тринадцать лет — не так чтобы серьезный возраст, особенно для пацана. Им мозги подвозят к двадцати, и это в лучшем случае. Костик еще маленький. Он одумается и поймет, что на самом деле папаша его — козел. Ты не должна хоронить себя из-за того, что один козел и один сопляк повели себя по-идиотски!

Может и правда, у меня есть шанс узнать, а была ли я права двадцать лет назад?