Книга Измена. Закрывая гештальты, страница 149 – Дора Шабанн

Естественно. В картине мира сына я до сих пор чуть что — не права.

Жестоко будет сейчас напоминать ребенку про его опрометчивый уход из дома с отцом в марте, его только слегка начало отпускать чувство вины.

— Конечно, информация неожиданная, но…

Вероятно, Котик и сам вспомнил эпопею с разводом, поэтому замахал руками:

— Да, знаю — знаю и не лезу. Но ты бы подумала. Глеб Максимович — норм мужик и тебя любит.

Как я не зарыдала — до сих пор не пойму.

Любит. Ну, конечно.

Так как говорить некоторое время я была не в силах, то ребенок вкратце поведал, что с пацанами они сцепились из-за гранта. Его сын мой, оказывается, получил, потому что его мать спит с одним тренером, а сестра — с другим.

Ну, откровенного говоря — это правда. Но если честно, то уж мы бы и без гранта бы лучше обошлись. «Не надо делать мне, как лучше. Оставьте мне как хорошо», да.

А потом мы с Котиком прилично так обалдели, увидев стоящий поперёк дорожки в наш подъезд, чёрный байк. И очень нервного Кирилла Андреевича на нём.

— Добрый день, Арина Егоровна!

О, как! Вот это поворот, а где же Капризуля?

— И вам добрый день, Кирилл Андреевич, коли не шутите.

Кир оттянул ворот футболки, вздохнул и взлохматил волосы:

— Мне очень срочно нужнаЛера, — и букетик такой с розами-спрей в руках вертит.

— Кому же она не нужна, — начинаю я, с прицелом выяснить намерения, но куда там.

— Лерка только что улетела в Индию учиться, — ухмыляясь заявляет моя надежда и опора.

— Как в Индию?

Поглядеть на Кира очень любопытно: куда-то мгновенно пропадает вся эта привычная наглость, активность и эти вечные смешинки в глазах. Лицо вытягивается, на нем явственно заметен полет мысли.

— То есть она знала, да?

— Что это разовая утешительная акция? Конечно. Кирилл Андреевич, голубчик, о вашем темпераменте и ветрености по городу и области легенды ходят. И комплименты.

— Ах так!

Букет прилетает мне в руки, а Кирилл Андреевич, матерясь сквозь зубы, заводит своего железного коня и, взревев мотором, исчезает в клубах пыли.

Вот и выяснила намерения.

А дальше мы с сыном грузим багаж в машину. Нам уже не привыкать.

Оставляем ключ девочке-риэлтеру, которая будет заниматься сдачей нашей квартиры, и выкатываемся из города прочь, беря курс на Валдай.

'Всем нашим встречам разлуки, увы, суждены,

Тих и печален ручей у янтарной сосны,

Пеплом несмелым подёрнулись угли костра,

Вот и окончилось всё — расставаться пора…'

Юрий Визбор «Милая моя»

Сил моих и выдержки хватило ровно на сутки.

Вечером в день приезда мы с Натальей Васильевной слегканакатили за переезд, за успехи Леруши, за Костин грант:

— Все будет хорошо, Ариша. Все правильно. Тебе надо отдохнуть душой. Выдохнуть. Перестать гнаться за морковкой, которую тебе в детстве привязали к удочке родители.

Выпили за родителей, дай бог здоровья — моим и царствие небесное — ее.

— Ты еще молода и прекрасна, успешна, не бедствуешь. Достаточно тебе пахать, как двужильной. Остановись хоть на миг. Позволь себе передышку. Ты заслужила отдых. Заработала его.

Хмыкнула, наблюдая, как вишневая наливка бликует в приглушенном свете кухни. Улыбнулась, услышав, как в выбранной комнате сын рубится по сети в очередную игрушку и ругается на сокомандников.

У меня, и правда, сейчас есть возможность взять паузу.