Книга Измена. Закрывая гештальты, страница 139 – Дора Шабанн

— Но она, конечно же, не пошла?

Да и кто бы пошёл в здравом уме?

— Она пошла, но не туда, а к моим родителям. Поскольку у наших отцов есть некие совместные бизнес-интересы, а матери состоят в одной благотворительной организации, то Аллочка для моих родителей является идеальной партией для их блудного, непутёвого сына-раздолбая.

Занятно.

— Но эта характеристика тебе совершенно не подходит. И мне очень странно, что родители твои так о тебе думают, — куда они вообще смотрят и о чем с ним говорят-то?

Глеб хмыкнул и осторожно прижал мою ладонь к своей щеке.

В глазах у меня запекло, а носу зашуршало.

Изо всех сил старалась не разрыдаться. А он, развернув ладошку и уткнувшись в нее носом, продолжил, тихо и тепло выдыхая:

— В какой-то момент мне стало не очень важно, как они обо мне думают. Наверно тогда, когда я купил себе квартиру, байк и съехал от них, а было это, милая, лет десять назад. Ну, как адекватный мужчина, хорошо воспитанный и приличный сын, я все же предпочитаю поддерживать с предками хотя бы вежливо-нейтральные отношения. И до сих пор их это устраивало. Чего их так накрыло в этот раз? Могу лишь предположить, что они поняли, насколько у нас с тобой всё серьёзно.

Вот это поворот.

— Это насколько?

Тут Глеб бормочет себе под нос нечто ругательное, а потом сгребает меня вместе с одеялом и утаскивает к себе на колени:

— Медовая моя, я жду, когда пройдёт год с твоего развода, чтобы спокойно позвать тебя замуж снова.

Удивление позволяет мне впервые за сегодняшний день распахнутьглаза. Оба.

— Вот это внезапно сейчас было. Ну, как я понимаю, благословения и принятия от твоих родителей я могу не ждать?

Поцелуй в нос, скулу, ушко и спокойное:

— Я уже давно большой мальчик и в состоянии обеспечить любимую женщину и свою семью всем необходимым.

Это все, конечно, здорово, но вопрос социальных связей, он коварный.

— Я в этом не сомневаюсь, хотя портить твои отношения с близкими в мои планы категорически не входило. Это во-первых. А во-вторых, ну, откровенно говоря, только-толькоразведясь я, в принципе, не думала о том, чтобы снова лезть в эту кабалу под названием «брак».

Прижимает крепче, фыркает в макушку:

— Вот поэтому, милая, я к тебе со своим предложением и не лез. Я все понимаю: тебе нужно время и я готов его тебе предоставить. Ари, главное, помни, что ты самая важная женщина в моей жизни.

Опять хочется плакать. Это так остро, так ярко и горячо, что просто нет сил вынести.

Лёгкий, нежный, невесомый поцелуй, и Глеб, прихватив Костю, растворился за гранью моего маленького тесного и мутного мирка.

А день покатился дальше, к сожалению, по тому же сценарию, что и предыдущая ночь.

Где-то на периферии сознания я слышала, как Лера собирает вещи, но сил не было даже задать какие-то нужные и важные вопросы. Они не формулировались, а язык толком не ворочался.

Зато к вечеру глаза распахнулись во всю ширь, но не просто оттого, что я вдруг почувствовала себя лучше.

Нет. От новостей.

Лохматый и изрядно вспотевший Кот выпалил, чуть ли не с порога:

— А сегодня после тренировки Глеб Максимович подрался с Кириллом Андреевичем.

Как мы с Лерой обалдели — не пересказать.

— Это с чего это? — прохрипела чуть слышно.

— Кот, в чем причина? Раз начал, так уже договаривай. Кто так сплетни-то переносит?