Книга Развод. Снимая маски, страница 116 – Дора Шабанн

Мы теперь с утра заезжали сначала отдать в сад Олечку, потом закинуть на дополнительные тренировки Свету, которой тренер и спортшкола пошли навстречу, назначив ежедневные утренние ОФП и прочее, нужное, чтобы срочно прийти в форму, да сразу после зимнего лагеря умотать на соревнования.

Оптимисты мужики, что уж?

Ну а потом начиналась цыганочка с выходом, так как Анечке для концертов нужно было не только ежедневно по три — четыре часа репетировать, но и посетить косметолога, парикмахера, визажиста, найти и приобрести два сценических костюма, подобрать к ним удобную, в меру парадную концертную обувь и ещё всякого по мелочи.

Все это вместе оказалосьдостаточно сложным, потому что наложилось на предновогодний ажиотаж в салонах и магазинах.

Толпа безумствовала, сметала с прилавков все подряд, не особо разбираясь: надо/не надо/по фиг берём… поэтому поиск нарядов и сопутствующего барахла для нас превратился в настоящее испытание. Это хорошо еще, что Элка нашла местечко на макияж и прическу перед обоими концертами.

Двадцать восьмого числа, в субботу и последний рабочий день уходящего года по совместительству, я отправилась к Владимиру Анатольевичу.

Этот хвост кошке надо отрубить одним ударом, и тянуть дальше уже просто некуда.

Брейн вопил и топал ногами, когда я принесла заявление на увольнение:

— Спятила? Я что зря этому наглецу морду за тебя бил? Строил его, учил уважению…

Хмыкнула:

— Это никак не связано с Власовым. Это моё решение. Личное.

Шеф недоверчиво косился на меня и продолжал давить на жалость:

— Вась-Вась, без ножа режешь. Я тут сдохну. Власов захватил «Надзор», закрутил гайки, дерет три шкуры. Послушай, ну, натурально, помрём мы без тебя, ей-ей.

Я бы повелась на это ещё полгода назад, но сейчас я так устала. Так хочу просто отдохнуть. Просто пожить.

— Владимир Анатольевич, я вас столько лет слушала. Всё. Устала. Сил нет. Хочу спокойно растить детей.

По моему лицу определив, что тут никто не кокетничает и не шутит, Брейн вздохнул:

— Ты смотри, заскучаешь — мы всегда рады.

— Всего вам хорошего. Счастливо оставаться, — взяла пакет с вещами и документами, да и ушла, сопровождаемая злобными шепотками и завистливыми взглядами бывших коллег.

Пусть им солнце светит, как заслужили.

Возвращалась впервые с работы довольной. По улице шла почти счастливой.

Заскочила по дороге в магазин: купила фарш и овощей, решила сделать болоньезе на скорую руку.

Подходя к подъезду, обнаружила неприятный сюрприз. Кого — кого, а Маслова я видеть не желала категорически.

Надо быстренько послать его к Феде, да идти домой, дети заждались.

— Привет, милая, — внезапно начал бывший муж.

— Ты меня так не пугай. Вечер, хоть и недобрый, — буркнула недовольно.

Виктор шагнул ближе, стряхнул с моего плеча снежинки:

— Вась, прости, я погорячился. Был не прав. Милая, давай начнём сначала. Сейчас как раз такое волшебное время чудес. Дай мне шанс, и ты увидишь — я всё осознал.

Охренеть.

— Не надо мне угрожать. Ты вёл себя как свинья, Витя. Я не желаю с тобой иметь ничего общего, кроме детей.

А вот тут его переключило на старую программу, очень заметно было по лицу.

— Одумайся, Васька, кому ты ещё нужна? — по мнению Виктора, это прозвучало обидно, а мне показалось — беспомощно.

— Нет, Витя. Ничего мы возвращать не будем. Ничего. Иди с богом. Пусть у тебя всё будет хорошо, но без меня. С детьми общайся, если они не против, — вздохнула тяжело, но это была моя окончательная и принципиальная позиция.