Книга Я его отец. Наследник миллиардера, страница 47 – Алиса Ковалевская

В горле вдруг пересохло. Я залпом осушила стакан сока и закрыла лицо руками. Господи, как меня угораздило так вляпаться?! Что Соколовский задумал?! Он же… осьминог. Нет, паук, а я всего лишь мотылёк, уже начавший увязать в его паутине.

* * *

Вернулся Ян спустя буквально пару минут. Как заправский официант поставил передо мной чашку ароматного латте с корицей.

— Спасибо.

— Пожалуйста. — Он снова сел напротив, взял один тост и, намазав джемом, поднес к моим губам. — Ешь.

Оторопев, я отодвинула его руку. То ли я с ума сошла, то ли он.

— Я не хочу, — попыталась отказаться, но взгляд Яна лишал меня здравомыслия.

Он снова поднёс тост к моим губам, провёл самым краешком по нижней, и всё это не отводя глаз.

Как околдованная, я приоткрыла рот. Откусила хрустящий, ещё теплый хлеб, думая лишь об одном: как не подавиться под этим взглядом темных глаз.

Ян подушечкой пальца вытер джем, оставшийся на моей губе. Это было мучительно медленно и возбуждающе до дрожи. Аромат кофе, сладость и желание запретного. Я поймала его палец губами, коснулась языком прежде, чем подумала, что я творю.

Разум напоминал мне, кто такой Соколовский. Отец Миши. Человек, который поиграет с моими чувствами и выставит за дверь, когда решит, что с него достаточно, но я… Я все равно как мотылек летела на свет, понимая, что опалю крылья. Или переломаю их в паутине его власти. И… и все равно летела.

— Ян, я… — получилось едва слышно.

Я не договорила. Рука Соколовского оказалась на моем затылке, а в следующее мгновение он подался ко мне, резко дернул на себя и впился в губы жадным, сметающим все мысли поцелуем.

Где-то на краю сознания я слышала, как летит на пол графин и рассыпается осколками стекло. Но это не отрезвиломеня. Наоборот. Обвила его руками, прижалась к нему так тесно, насколько могла, и отдалась во власть желаний. Из груди вырвался протяжный стон, меня пронзило острое возбуждение. Я чувствовала желание Яна, и это распаляло моё собственное ещё сильнее.

Всё стало неважным, я готова была отдаться Яну прямо тут. На этом столе, у бассейна, в стране за тысячи километров от дома.

— Ян, — простонала ему в губы, почувствовав его горячую широкую ладонь на своей груди.

— Что? — в тон мне просипел он. — Что, черт возьми, Аделина, ты со мной делаешь?! — прорычал и вдруг оттолкнул.

От неожиданности я едва не полетела на пол. Ухватилась за край стола.

— У нас ещё будет время закончить начатое, — сказал он, поднимаясь.

Мои губы горели, сердце готово было выпрыгнуть из груди. Я плохо понимала, что он говорит, а когда его слова дошли до меня, крикнула уже в спину:

— Ничего мы с вами и не начинали!

У самой двери в дом он обернулся.

— Ты снова перешла на «вы»? — На его лице играла самодовольная усмешка. — Заканчивай завтракать и собирайся, Адель. Нас ждёт насыщенный день.

— Мне погладить рубашку?

— Обойдусь. Жду тебя через полчаса на улице. Не опаздывай.

— Мы едем к твоему партнеру?

Мельком я посмотрела на Яна и снова повернулась к окну. При свете дня Пхукет был совершенно другой. Магазинчики и уличные тележки с яркими вывесками были закрыты, только-только проснувшиеся туристы тянулись в сторону моря. На пару секунд я мысленно вернулась в зимнюю Москву и против воли поёжилась.

— Нет.

Коротко. И ясно.