Книга Измена. Прощай навсегда, страница 38 – Шарлотта Эйзинбург

Выслушав бабушку с максимально серьёзным лицом, я не выдержала и засмеялась в голос:

— Ба, ну перестань, — сжимаю её ладонь. — Это уже слишком. Я помню, что ты у меня очень чувствительная и ни каждого человека к себе подпустишь. Но это я Руслана вечно дёргаю и прошу помочь, он вообще никакой особой инициативы не проявляет.

— Ну хорошо, внучка, — хлопает меня по рукам. — Дело твоё. Я своё слово сказала, а тебе уже дальше самой решать. Может и правда твоя бабушка на старость лет головой тронулась.

— Ба, ну не надо так, — отмахиваюсь. — Всё в порядке у тебя с твоей головой. Это у меня похоже проблемы.

— Всё у тебя наладится, дорогая моя. Не переживай.

Поговорив с бабушкой, я вышла на кухню выпить стакан воды. Судя по звонкому смеху, мама играла с Лизой в соседней комнате. Папа и Руслан носили во дворе дрова.

Я стояла у окна кухни и смотрела на улицу. Стеклянным взглядом скользила по окнам соседних домов, по первым звёздам, по людям, проходящим мимо. Не могла ни за что зацепиться, не могла дышать. Снаружи я делала вид, что всё хорошо. Но внутри меня разрушала обида на мужа.

— Ты как? — слышу из-за спины голос Руслана.

— Нормально, — натягиваю улыбку и оборачиваюсь к нему.

Руслан подошёл ближе и встревоженно заглянул в глаза.

— Ты плачешь?

— Нет, нет, нет, — замотала головой. — Просто устала от дороги и от всего этого. Ты помог папе?

— Да, он сейчас пошёл к соседу топор отдать.

На минуту на кухне повисла пауза. Я облизала пересохшие губы и сделала глоток воды из стакана.

— Марусь, — неловко произнёс он. — Не надо было мне во всё это лезть. И отдавать тебе фотографию.

Вместо ответа я всхлипнула и прикусила губу, чтобы не разреветься.

— Я просто не мог молчать, пока этот гад тебе в открытуюизменяет… — молчание. — Хочешь я ему морду набью? В лесу где-нибудь закапаю? Ты только скажи.

— Руслан, — получается пискляво. — Не нужно ничего делать. Всё уже скоро будет в прошлом. Ты и так помог.

— Шалашовку эту, медсестру тоже на место поставим, чтобы забыла, как ноги перед чужими мужьями раздвигать.

Я не хотела думать о раздвинутых ногах Люды. Но фантазия сама подбросила новые кадры, как мой муж полностью обнажённый склоняется над Людой. Ласкает её, обнимает, целует…

Фу, боже. Эти мысли оказались на столько болезненными, что я просто разрыдалась, прикрывая ладонью рот.

— Маруся, — Руслан обнял меня, начал гладить по спине, по волосам.

И в какой-то момент я почувствовала его губы на своих. Я не могла пошевелиться, настолько это было неожиданно для меня. Руслан продолжал меня целовать.

Я замычала, уворачиваясь от его поцелуев. Затем выставила руки вперёд отодвигая его от себя.

— Что ты делаешь? Хватит, — вытираю обслюнявленные губы.

— Прости, я не знаю, что на меня нашло, — проходится рукой по лбу. — Видимо я так и не смог тебя забыть, Маша.

— О чём ты. У нас даже не было ничего с тобой, — отхожу от него подальше, к столу.

— Но я был по уши в тебя влюблён тогда. И кажется, люблю до сих пор. И сейчас я подумал…

— Что ты подумал? Что после измены мужа я сразу прыгну к тебе в объятия? Ты мне ни тогда, ни сейчас не нужен!

Наш спор прервал стук в дверь. Я замолчала, прислушиваясь. У папы есть свои ключи, а это, наверное, Лилька пришла в гости. Она же обещала заскочить.