Книга Сосед! Не грози-ка дочке генерала, страница 15 – Катя Морошка

— Мстить мне будешь, да? — решительнее спрашиваю, потому что исход мне уже понятен.

— Да не в мести дело. Эти двое орут в один голос, что ты у них главная. Всех подбила, сама где-то товар доставала. А я ж видел, когда ко мне в первый день заходила, что у тебя лицо было в белом порошке…

— Это мука! Я торт пекла!

— Ой, давай без этого, ладно? Мука, сахарная пудра… Вы б хоть что-то новенькое придумали. Ничего, я по-соседски помогу. Посидишь пока тут, я тебе камеру потише подберу. Пока квартиру твою обыщут. Если не найдут ничего, дня через три-четыре домой пойдешь. Максимум неделя.

Внутри все обрывается, смотрю на него во все глаза, но на лице капитана ни один мускул не дрогнул. Он всем своим видом показывает мне, что ни мольбы, ни тем более угрозы не помогут.

Подойдя к двери, он открывает ее и кричит:

— Трофимов. Сюда иди.

— Не надо, пожалуйста, — жалобно пищу я. — Я правда ни при чем.

— Проверим, цыпа. Проверим…

Сердце колотится, как ненормальное. Надо звонить папе! Если дадут… Если папу удар после такого не хватит.

Слышу за дверью шаги старлея и наблюдаю за хмурым лицом соседа. Непробиваемый! Лучше бы он бандитом оказался, у тех и то сочувствия больше.

— Да, товарищ капитан.

— Показания у девушки возьми.

— Есть. А потом?

— Домой отпусти.

— И все?

— Все. Телефон записать не забудь, чтобы вызвать если что.

— Как соучастницу? — уточняет парень.

— Как свидетеля, Трофимов, — чуть повышает тон капитан и с нахальной ухмылкой смотрит на меня. — Сам не видишь, что девочка ни при чем? Напугал вон ее до полусмерти, я еле успокоил.

Получив кивок от подчиненного, он подмигивает мне и уходит, пока я учусь заново дышать от схлынувшегостраха и злости. Нет, он все-таки непрошибаемый козел!

Домой я добираюсь глубокой ночью, потому что мою машину снова увезли на ту же штрафстоянку, что и в прошлый раз. Сторож хмуро провожает меня глазами, в которых без труда читается “еще свидимся”.

Вваливаюсь домой и падаю на кровать. До сих пор трясет, но больше от злости. Злюсь на папу, Глафиру, и сильнее всех на соседа.

— Козел…

По его взгляду, которым он наградил меня на прощание, я поняла, что он с самого начала не сомневался, что я не преступник, а жертва. И тем не менее довел почти до нервного срыва, заставил в красках представить себе несколько дней в камере.

— Сволочь! — кричу громче, чтобы услышал сосед, но закрываю рот и прикусываю губу.

При наличии папы генерала какой-то капитан меня не запугает. Больше, чем сегодня, уж точно нет. Но вот мелко пакостить ему папа не запретит, и в следующий раз мышь на моем коврике может быть настоящей.

Устало бреду в душ, а потом забираюсь в кровать, однако долго не могу уснуть от кружащих в голове мыслей. Будь мой сосед полной скотиной, точно не побрезговал бы посадить на денек-другой в клетку, как его лейтенант. А он просто напугал для профилактики и отпустил тут же.

Бросает в дрожь, когда думаю, что было бы, не затребуй я встречу с начальством. Тогда бы по милости Трофимова точно спала не в своей кровати под мягким одеялом, а на твердой скамейке в компании какого-нибудь пьянчуги.

В конце концов, меня отключает, но выспаться не получается. Всю ночь снится погоня, сирена ментовского бобика и лязг наручников, а потом гадко скалится старлей.