Книга Доктор, вылечи нашего сына, страница 28 – Елена Верная

Муж пересаживает меня к себе на колени и пытается утешить, убаюкать как ребенка. На кухне мамы тесно, и даже нам двоим мало места. Этот кухонный уголок еще мохнатых годов готов рухнуть под нами.

— А давай купим дом? — вдруг выпаливает мужчина. — Мы же давно хотели и мечтали. Сейчас у нас будет большая семья, и места понадобится больше.

— Отличная идея! — именно на этой фразе в комнату вошла моя мама, а я смущенно сползла на соседнее место с коленмужа. Мы уже столько лет женаты, скоро будет ребенок, да еще и не один, но я по-прежнему стесняюсь проявлять чувства при посторонних.

— Вот и твоя мама поддерживает, — усмехнулся Богдан, довольно улыбаясь. А я как-то растерялась. Я же и в самом деле хотела дом, но мы решили с Богданом, что пока нам и квартиры хватит. Ему ближе на работу ездить, и все же дом как-то предполагает жизнь за городом, а я тогда еще не совсем была готова к загородной тишине. А сейчас, видимо, готова, потому что довольно улыбнулась. А почему бы и нет!

— А давайте, — я махнула рукой, словно мне предлагали что-то рискованное и опасное, а не приобретение загородной недвижимости.

Весь вечер мы выбирали дом, и мама принимала деятельное в этом участие. К слову, ее практический опыт был довольно ценен. Уже довольно поздно, мама ушла спать, а я предложила мужу остаться у нас. Не хотела почему-то отпускать его одного в квартиру, да и он не особо и рвался. Мы проболтали добрую часть ночи, как когда-то, и уснули в объятиях друг друга.

Утром Богдан встал пораньше, чтобы успеть заехать в квартиру, переодеться в свежую одежду и вернуться сюда. Мы договорились, что поедем в детский дом знакомиться с Петей. Да и с директрисой Инной Анатольевной пора уже пообщаться лично. Мы заехали в супермаркет и накупили гостинцев для детей. Брали все, что мне приглянулось: от игрушек и сладостей до канцелярии и одежды.

Всю дорогу я морально настраивала себя, но все равно оказалась не готова к тому, какими глазами на меня смотрели дети. С потаенной надеждой, что ли, от которой начало щемить в груди, и я усиленно заморгала, смаргивая слезы.

Инна Анатольевна встретила нас вполне доброжелательно, но, как мне показалось, настороженно. Она поблагодарила нас за подарки, но даже после этого ее настороженность не исчезла. Я обратила внимание, что она задержалась взглядом на моем округляющемся животе. После чего вежливо и вопросительно уставилась на нас.

— Мы хотели бы усыновить мальчика из вашего детского дома, — чувство неловкости, словно я делаю что-то плохое, не отпускает. Может, из-за того, что мы сперва не узнали: а хочет ли Петя, чтобы его усыновили? А может, потому, что взгляд директрисы становится колюче-холодным.

— Какого мальчика? — женщина сцепляет пальцы в замок, а я бросаю взгляд на мужа. —Малыши у нас есть, хотя, я так понимаю, вам не малыш нужен, а ребенок постарше. И, наверно, не усыновление, а опека, — и Инна Анатольевна выразительно мазнула взглядом мне по животу.

— Да, вы правы, нам нужен не малыш, а ребенок постарше, — говорит Богдан, но его тоже удивила перемена в тоне и голосе директора.

— Как я и думала, — усмехается женщина, — только обычно хотят взять под опеку девочек, — мы с мужем удивленно переглянулись. Я не понимаю, к чему клонит женщина, и недоуменно смотрю на нее, отдавая инициативу в разговоре мужу.