Книга Заложница дьявола, страница 241 – Аделина Жемчужева

— Ой-ой, смотрите, как она покраснела, — расхохоталась Бибиана. — Ты явно представила, как он входит в тебя.

— Биби! — воскликнула Джане, бросая на сеструвозмущённый взгляд. — Только не при мне! Я ещё не замужем и не знаю, что это!

— Ой, какие мы невинные, — закатила глаза Бибиана. — Может, ты и не знаешь, что такое мужчина, но уж оргазм-то точно слышала.

— Увы, со стариком ты этого не почувствуешь, — поддела я её с усмешкой.

Бибиана рассмеялась, но в её глазах мелькнуло что-то хитрое.

— Ага, тут совсем другое, уверяю вас, — пробормотала она с таким видом, будто утаивает огромную тайну.

Мы с Джане переглянулись.

— Что-то мне уже не терпится узнать, что творится у тебя в голове, — протянула Джане с интересом.

Бибиана прижала колени к груди и усмехнулась:

— Вам лучше этого не знать.

Я приподняла бровь.

— Теперь ты меня ещё больше заинтриговала.

Биби пожала плечами, её взгляд потяжелел, а голос стал чуть тише:

— Я бы давно лишилась девственности, если бы отец не казнил того стражника-красавца.

В комнате повисла тишина.

— Бедный парень, — прошептала Джане, нахмурившись.

— Мне правда жаль… — Бибиана отвернулась, пряча эмоции, но по её голосу было понятно, что воспоминания задели за живое. — Он был сильным, гордым… не просил пощады. Просто… просто я тогда не отстала от него, и теперь чувствую вину.

Я внимательно посмотрела на сестру. Впервые видела её такой — без её обычной бравады, без привычной маски беззаботности.

— Ты и правда виновата, — сказала я прямо. — Это была жизнь человека.

Биби горько усмехнулась:

— Ну спасибо, Лили, утешила.

Она резко поднялась, откидывая волосы назад:

— Всё, с меня хватит, пойду в баню.

Она ушла, а я ещё долго смотрела ей вслед, размышляя о том, сколько боли скрывается за её вечными шуточками.

Иногда мне кажется, что Бибиана слишком похожа на Эмира. Такая же дерзкая, непредсказуемая, делает только то, что сама считает нужным, не задумываясь о последствиях. Но, в отличие от него, её жизнь не была жестокой. Да, отец порой поднимал на неё руку, но чаще всего Биби сама нарывалась.

Она принадлежит королевской семье, но, похоже, никогда этого не чувствовала. Не вела себя, как благородная леди, не следовала тем правилам, которым нас учили с детства. Хотя, если быть честной, и я уже давно далека от этого образа.

Год спустя

Элеоноре всего три месяца, и она уже начала улыбаться, уверенно держит головку. Но у меня совсем пропало молоко — из-за переживаний, стресса, бессонных ночей. Она часто плакала, а я, хоть и старалась успокоить её, в конце концов передала кормилице. Так я перестала кормить её сама.

Я доверяла ребёнка только Кларе. Она знала, как заботиться о младенцах, и её помощь была для меня неоценима. Когда-то она потеряла собственного ребёнка сразу после рождения, и с тех пор зарабатывала тем, что выкармливала чужих детей. Теперь она кормила мою дочь, а я видела, с какой нежностью и заботой она относится к Элеоноре, словно к своей. Мне было жаль её. Потерять ребёнка — это самое страшное, что может случиться с матерью.

Сегодня мы с Кларой вышли в сад. Тёплое весеннее солнце согревало кожу, лёгкий ветерок ласково трепал мои волосы.

Весной Эмир ушёл на войну. Прошёл уже год.

Отец ничего не говорил мне прямо, но иногда давал осторожную надежду. Он всегда повторял, что подонки умирают последними. Хотелось в это верить.