Онлайн книга «Гидра»
|
«Эдгар По! – хмыкнул внутренний голос. – Ты себя накручиваешь. Люди пашут в том кошмарном котловане, а ты хочешь, чтобы они отплясывали чечетку? У конвоя жизнь тоже не сахар. Енин, может, болеет, Ярцев – не умеет вести себя в обществе женщин. Золотарев – обычная свинья. Вот и весь Эдгар По». У соседей, шибанув ностальгией, запели «Подмосковные вечера». Комар укусил за мочку, Галя хлопнула себя по уху. Из-за темного сруба – бани – вышла плечистая баба, с которой Галя уже сталкивалась в поселке, возле дома Ярцева. – Вода готова. – Спасибо. Подскажите, а?.. Выяснить, где туалет, не удалось. Грубиянка скрылась в темноте. Галя показала ей язык и взяла с лавки вещи. Ванна в квартире на Мосфильмовской была огромной, легко вмещающей их с Кешей. Глядя на цинковое ведро и черпак с обломанной ручкой, Галя невольно вспомнила это белоснежное произведение искусства. В бане было свежо, из щелей поддувал сквозняк. Галя вооружилась собственным мылом, зубной щеткой, полотенцем. Быстро стянула одежду. От холода кожа покрылась пупырышками. Поджав пальцы ног, Галя пошлепала к ведру. Пол был грязным, пятки сразу почернели. «Господи Иисусе, Ктулху фхтагн! Могли бы прибраться и баню растопить…» Прием гостей был не просто холодным, а насквозь фальшивым… «Ну хоть тут горячее!» Галя охнула, вылив на себя черпак. Заелозила по телу ароматным бруском мыла, напоминающем о доме. А вот ползущий по бревну здоровенный паук напомнил о Золотареве. Галя спохватилась: заперлась ли она? Точно запиралась, там такая деревянная щеколда. При мысли, что бригадир сейчас войдет в баню, Галю передернуло. Лучше с пауком… Было что-то неуловимо общее в мужчинах, которые оказывались подонками. Даже в таких разных мужчинах, как Кеша и Золотарев. Один – ценитель изысканных вин и импрессионистов, другой – деревенщина с гнилыми зубами. Но общее, общее… И в раздувшемся от циклопического эго актере Саврасове. И в том череповецком комбайнере. И в папаше Агнии Кукушкиной… С папашей Кукушкиной вышло некрасиво… Слова про «вонь, полукровку, ставриду» преследовали маленькую Галю, пусть мама и сказала, что он просто дурак и не стоит обращать внимания. Галя не могла отомстить в десять, но смогла в двенадцать. Случайно узнала, где находится гараж Кукушкина, последила за ним, составила план. В план входил сырой голавль. Неделю голавль пролежал в ямке, на пустыре. Кукушкин возвращался домой затемно, соседние гаражи были уже закрыты. Он возился в моторном отсеке, притворив ворота. Было плевым делом надавить на них плечом и сунуть меж замочных скоб заготовленный прут. Пока Кукушкин колотил изнутри, угрожал шутникам, Галя забралась на крышу гаража и сунула смердящую рыбу в вентиляционную трубу. Гаражи располагались далеко от жилых домов. Освободили Кукушкина лишь утром. Галя надеялась, он пропитался запахом голавля. Кукушкин не связал свое пленение с девочкой, которую обидел два года назад. Галя сама призналась бабушке. Отсмеявшись, бабушка сказала, что проделка могла закончиться плохо для всех, например, если бы у Кукушкина случился инфаркт. «Что ж в этом плохого?» – недоумевала Галя. В Яме, пятнадцать лет спустя, Галя улыбнулась. Смыла с себя пену, посвистывая в потолочины. Балки позеленели от грибка. В углах отдыхали мотыльки и янтарные мухоловки. Ржавый крюк был ввинчен в потолок над Галиной головой. Все условия для самоубийства. |