Онлайн книга «Гидра»
|
– У меня таких, как ты, не было… – сопел Золотарев, – ретивых… Трупом твоим свеженьким, красивеньким вдоволь наиграюсь… Галю, что стало неожиданностью для нее самой, не пугала больше смерть. Ее пугали стояние над адом, компания извращенца в плаще Дракулы и лицо в земле. Лицо, в сторону которого она не смотрела вот уже пару минут. Струи омывали Галю, смачивали сухие губы, солью жгли язык. Небо Ямы рыдало над ямой. Котлован углублялся в почву на бессмысленные тридцать метров. Нет, глубже! Примерно тридцати метрам равнялась высота его ступенчатых склонов от забора до поверхности воды. А платформа поднималась над этой эксгумированной могилой еще на три метра. Лучшие места в партере, чтобы наблюдать за крахом цивилизации! Посреди искусственного озерца паслось сиротливо суденышко с опущенной железной лапой: стрела и рукоять в «локтевом сгибе» соединялись цилиндрами и заканчивались кулаком гидравлической фрезы. Галя вперилась в кораблик, лишь бы не сосредотачиваться на Гидре. Но взгляд сам собой ушел к берегу. «А вдруг оно мне померещилось? Это массовая галлюцинация, какие-то неизученные испарения аномальной зоны?» Лицо было там, настоящее до тошноты, костистое, телесное. Мурашки побежали по позвоночнику Гали. Горб длиной с вагон поезда приподнимался над берегом. Дождь смывал грязь с жемчужно-серой шкуры. Это была лишь малая часть того, что покуда хоронилось в мерзлоте. Голова на глиняной подушке. Конечности и туловище под одеялом Ахерона и речного дна. Гидра спала. Смеженные веки, широкая линия рта – на этом сходство с человеком заканчивалось. Из точки, в которой должен был располагаться нос, расходились к скулам наслаивающиеся друг на друга кожистые ленты, напоминающие оборки платья. Лоб и надбровные дуги покрывали многочисленные выросты, костные бугорки, бомбардирующие мозг образами морских чертей и прочих глубоководных тварей. Контур овала был «обшит» клочьями кожи, бахромой, стелящейся по глине, а под этими лохмотьями угадывались уходящие в землю скульптурные гребни, иглы, наросты, дьявольская корона, растущая из лица, или воротник плащеносной ящерицы. Гидра внушала Гале религиозный трепет. Ее размеры… Мысли о том, что когда-то подобное существо ходило по планете… Что оно будет ходить вновь. Выберется из тюрьмы, скинет оковы плоти и восторжествует над мечущимися рабами… Галя чувствовала себя ничтожной. «Бабушка, это моя судьба? Я родилась ради того, чтобы освободить древний ужас, погребенный в мерзлоте?» Бабушка не ответила. До зубовного скрежета хотелось курить, но Галя не стала обращаться к Золотареву с просьбой о папиросе. Она перевела взгляд на глинистый пляж, заваленный булыжником и ряжами. Глеб был внизу, такой крошечный и беспомощный на фоне Лица. Не встреть он Галю тогда, вернулся бы домой и только из газет узнал бы, что творилось под боком. «Прости меня…» На берегу творилось камлание. Стешка в одеянии северной шаманки вскинула руки к свинцовым тучам и выкрикивала слова на неизвестном языке. Вопреки всем законам акустики, стократ усиленный воронкой голос прорывался сквозь вой ветра, литания реки и шум дождя и ввинчивался в Галин мозг, порождая картины геноцида. Опустошенная планета. Исполинская фигура в тумане. Орды шогготов, пирующие на руинах мира. |