Книга Просто конец света, страница 88 – Анна Кавалли

Напротив на качелях сидят мальчик и девочка лет двенадцати. Их отражения темнеют в смятой ветром грязной луже растаявшего ночного снега, растекаются двумя черными кляксами. Дети шепчутся, переглядываются, пересказывают друг другу слухи.

Околесье вязнет в коматозной тишине, шепчи не шепчи – мы все равно услышим.

Говорят, по району и лесу бродит «призрак мертвой школьницы – той, что нашли в реке».

Говорят, в венах у нее – черная речная вода, и сердце – не сердце, а кусок льда.

Говорят, призрак не успокоится, пока не найдет убийцу, пока не отомстит, пока не отправит его прямиком в ад (почему‐то «его», а не «ее», почему‐то всегда «его»).

Ада не существует, уверенно говорит мальчик. Куда же тогда попадают убийцы после смерти, возражает девочка.

И правда, куда, а, вселенная?

Куда?

Мальчик и девочка смеются – будто им не страшны ни серый волк, ни призраки, ни ад, пока они вместе. Мальчик и девочка уходят – и мы остаемся одни.

– Наш таинственный незнакомец сильно опаздывает. – Рик делает скучающее лицо и закуривает.

– Или не придет совсем, – хмыкаю в ответ.

– Или он стоит у вас за спинами и фигеет от бесконечных понтов, – раздается рядом голос. Знакомый голос.

Надо было догадаться с самого начала, кто посылал гребаные SMS. Медленно поворачиваюсь и выдаю самую ядовитую из своих улыбок:

– У тебя есть пять минут, чтобы объяснить цирк с сообщениями. Время пошло.

– Остынь, жар-птица, не горячись. Пяти секунд хватит.

Руслан возвышается над нами – не человек, а железобетонный блок, плоть от плоти стен района. Руслан как будто прибавил в росте и весе за пару дней, что мы не виделись. Улыбается лукаво, почти радостно, так, как будто знает какой‐то секрет и ему не терпится им поделиться.

– Вы, нефоры недобитые, убили одну из нас. И вам за это отвечать.

Становится холодно, так холодно, как будто мышцы сковало льдом, и теперь дергайся не дергайся, даже мизинцем не пошевелить. Руслан не сводит с меня глаз, и в его взгляде чудится какое‐то мрачное торжество. Руслан не спрашивает, не уточняет, не сомневается – он уже всё знает. Знает, знает, черт возьми!

Берцы и свежевыбритая голова Руслана посверкивают в тусклом свете остывающего солнца.

– Где забыл обрез, Багров? – спрашивает Рик. Руслан не реагирует:

– Я не собираюсь вас трогать. Обещал Кэт этого не делать. Давайте по-хорошему: ноги в руки и к ментам катать чистосердечное.

– А взамен что? Поцелуй в лобик? – Рик расправляет плечи и вздергивает подбородок, Рик тщетно пытается быть прежним Мне-На-Все-И-На-Всех-Наплевать Риком – но сегодня выходит плохо, слишком плохо.

Руслан меняется в лице, хватает Рика за руку, с силой сжимает ее и заламывает, Руслан, конечно, ничего не знает про порезы, не знает, что на самом деле делает куда больнее, чем рассчитывает, – но наслаждается эффектом и победно улыбается.

– Как быстро ты сдался, супергерой. А как же обещание нас не трогать? – хрипит Рик. С каждой секундой он все бледнее.

– Отпустил его, сейчас же. – Бросаюсь на Руслана, но тот умудряется оттолкнуть меня локтем.

– Не лезь в разборки пацанов, поняла?

Боль в солнечном сплетении, рой черных точек перед глазами.

– Повторяю для особо тупых: вперед, пишите чистосердечное. А то вам наступит конкретный пипец, поняли? Как‐нибудь мы с пацанами сгоняем на охоту в лес через дорогу – и случайно примем вас двоих за птичек. Вы же все время в лес таскаетесь, чмошники, – думаете, мы не знаем?