Книга О личной жизни забыть, страница 92 – Евгений Таганов

Навстречу ему в гостиную вошла довольная результатом Зоя.

— На сегодня на вечер договорилась. Пароли и явки менять не надо? Глаза профессору тоже не завязывать?

Нижняя часть лица Зацепина исказилась от боли.

— Кажется, мой аккумулятор сдох. Все поплыло. Мозгов нет, но почему-то сотрясение мозга имеется. — И он, обмякнув, едва не свалился с тахты на пол. Зоя бросилась к нему.

— Э! Э! Я звоню в скорую!

— Ну почему ты такая глупая? — с трудом выдохнул майор и потерял сознание.

— И что дальше? — Она беспомощно посмотрела на Алекса.

— Лучше за профессором давайте. Я тут за ним сам как-нибудь.

— Если у него сотрясение мозга, сильная рвота может начаться.

— Уберу.

— Надо бы в ближайший ларек за продуктами смотаться.

— Я смотаюсь. Езжайте.

— А деньги-то есть? — все еще сомневалась она.

Алекс без церемоний достал из джинсов Зацепина портмоне и раскрыл его. Там было полно тысячных рублевых купюр.

— Есть.

Чтобы попасть на учебу в Америку, при всем благоприятствовании понадобился не один месяц. Но вот бумажные хлопоты уже позади и можно уже упаковывать вещи.

За три дня до отъезда Даниловна с отцом делали самый последний и самый беспокойный шопинг в московском ЦУМе.

— Нет. Моего здоровья на это явно не хватит, — вздохнул Данила Михайлович уже через полчаса. — Пошел я в машину, а ты сама тут кувыркайся.

— Пап, без тебя мне еще больше времени понадобится. — Дочь передала ему пакеты с уже сделанными покупками.

— Хорошо, даю тебе на все полтора часа. А я на машине еще кой-куда тогда подскочу.

И он направился к выходу. Даниловна смотрела ему вслед до тех пор, пока не убедилась, что он действительно вышел из универмага, после чего быстро устремилась в другую сторону. Выскочив из противоположного входа универмага, она взмахнула рукой. Рядом тут же затормозил частник. Она спросила, знает ли он нужный ей адрес, потом быстро влезла на заднее сиденье. Раз все уже определено и подписано, то она может себе выдать и маленький бонус: увидеться с тем, с кем ей было раз и навсегда запрещено.

Частник попался опытный и промчался какими-то одному ему ведомыми переулками, почти ни разу не попав в пробку. Даниловна расплатилась с ним и попросила подождать ее максимум двадцать минут, чтобы потом вернуться назад к ЦУМу.

Только бы удалось, только бы удалось, молилась она про себя. Первая половина молитвы тут же исполнилась: вахтерша у турникета куда-то вышла, и Даниловна проникла в общагу Алекса совершенно беспрепятственно. Где третий курс, ей указал первый попавшийся студент. Еще один вопрос — и номер комнаты Копылова ей тоже сказали.

Не повезло лишь в самом главном — Алекса на месте не оказалось.

В его комнате кипела важная оргработа. Малышка Юля, не получив от своего бойфренда внятного ответа по поводу окончательного переезда к ней, решила, что молчание — это все же знак согласия, и, будучи девушкой деловой, тут же отправилась к нему в общагу упаковывать его вещи. Однокомнатники Алекса охотно взялись помогать ей. Впрочем, их суета не столько помогала, сколько мешала.

— Слушай, а он нам ничего не говорил об этом, — засомневался вдруг Иванов.

— Скажет, почему не уберегли его имущество, — поддержал его Ерема.

— Вамже лучше, будете жить вдвоем, — заметила Юля.

— Ну а ваше новоселье мы как-то отмечать будем? — Для Иванова это было не последним делом.