Книга Новогоднее желание Веры Кот, страница 11 – Светлана Нарватова

— Спасибо, Кэп!

— Я Олаф. Рыжий, — поправил её парень беззлобно. — Из Хильдисхофа. А ты откуда?

От верблюда!

Вера сделала пару осторожных шагов, как прямо над её головой, едва не коснувшись шапки, пролетела белая с рябыми крыльями сова. Практически беззвучно, гадина. Вера скорее ощутила движение воздуха над собой, чем услышала шорох крыльев. Она дёрнулась, схватилась за шапку, обнаружила там два кошачьих, судя по форме, уха. От неожиданности Вера оступилась, будто была не в берцах, а на коньках, и влетела прямо в широкую, крепкую и даже немного надёжную на общем фоне происходящего спину Олафу Рыжему.

Может, она и правда, не Фрейя, но совершенно точно — валькирия! Всё же получить в свои руки саму богиню, чей Глас Созывает Павших, было бы боязно. И явно чересчур. А валькирия Вера Кот — вполне была Олафу по плечу.

И по плечо.

Такая вся нежненькая, вкусно пахнущая, но с боевым характером, как и положено деве-воительнице. Как глянет-глянет, так сердце в пятки. А сама тоненькая как тростиночка. И ходить не привычная. Валькирии, они, понятно, больше по крылатым коням. Наряд у неё для пешего перемещения неподходящий, хоть и удивительный. Олаф одежды из таких мягких шкур ни разу в своей жизни не видовал. Мягенькая, гладенькая, будто не шубку гладишь, а саму девушку. Да и девушка не каждая на ощупь такая приятная. Длинная только шубка-то. Не по горам в такой скакать.

И сапоги чу́дные, каких в Хильдисхофе никто не шивал и не нашивал. Олаф как ни приглядывался, так и не понял, из чего подошвы сделаны. Из дерева? Уж слишком гладенькие. И гнутся. И по ноге сидят, как влитые. Эх, ему бы такие! Сразу видно: из самого Ванахейма! А то и Асгарда! Потому что только богам такое по силам.

А какие у неё ушки! М-м-м-м!

К тому времени, когда Олаф со своей находкой вернулся в поселение, Фрейр, миролюбивый братец воинственной Фрейи, загнал пугливое солнце за горизонт, и короткий день подошёл к концу. По этой причине появление валькирии прошло в Хильдисхофе незамеченным. Олаф предвкушал, как это событие будет обсуждаться завтра. А сегодня вместе со своей замёрзшей, голодной и усталой ношей он направлялся прямиком в дом Хройдгерда Зоркого, откуда Олафа отправили отбывать повинность. Как он и предполагал, вся шайка старейшин была в сборе, ибо когда ещё выпадет такой повод собраться и повеселиться, как на День рождения Фрейи?

— Доброго зравьеца, уважаемые! — ввалился Олаф в обеденную залу, сгружая на пол свою ношу и снимая шапку. Ноша, хоть и постукивала зубами, но на ногах стояла.

В одно мгновение гомон за столом стих. Хозяин дома медленно поднялся и сверкнул очами:

— Это что⁈

— Это Вера! — бодро доложился Олаф. Давненько он так не веселился, как сейчас. Целых три дня. — Вы меня за чем в Горный Хёрг посылали? За верой. Я вам её и принёс. Вот. Вера Кот.

— Может, всё же кошка?.. — нетвёрдо уточнил Эрик Гордый, прежнийфоринг.

— Вы ещё спросите, есть ли у неё хвост, — не удержался Олаф.

— А есть?.. — тоже не удержался Бьёрн, который впился взглядом в валькирию, как голодный пёс — в кость.

— Давайте уже закончим с этими оскорблениями в адрес моей фамилии! — подала голос сама Вера Кот и тоже сняла шапку.

И тут оказалось, что уши, которые были на шапке — не её уши! С другой стороны, понятно, что рога на викинговом шлеме тоже не викинга рога. Хотя тут как повезёт. А вот у валькирии пушистые кошачьи уши смотрелись на шапке уж больно гармонично.