Книга Дух огня, страница 69 – Вера Лейман

Кымлан уже давно привыкла выводить Исуга и скакать, куда глаза глядят, когда ее одолевали тревоги. В последнее время она не знала ни одного спокойного дня. Память о сожженном городе была еще свежа, мучая ее кошмарами, невозможная любовь к Мунно, страх за близких и предстоящая бойня за трон начисто лишили ее покоя. Жизнь все больше затягивала ее в чудовищный водоворот, в котором она кружилась, как песчинка, полностью подчиняясь стихии. Все, что Кымлан могла – выбрать из двух зол наименьшее, чтобы последствия принятого решения были не столь разрушительны. Хорошего и правильного варианта попросту не существовало.

Стоял разгар лета, на улице было жарко, влажно и душно, предвещая скорую грозу. Природа стонала от зноя, жаждала влаги, чтобы вздохнуть свободнее. Также страдала и Кымлан, отчаянно ища – и не находя – хотя бы одну, маленькую отдушину, чтобы жизнь не казалась раскрашенной лишь в черный цвет. Порой она думала, что сойдет с ума от одолевавших ее тревог. Ей нужен был глоток свежего воздуха, чтобы хоть как-то жить дальше.

После женитьбы Науна таким глотком воздуха стал их маленький женский отряд, в который она вложила душу и сердце. Но сейчас ничего похожего на отдушину не было – лишь беспросветный мрак.

Кымлан ехала по улицам Куннэ, машинально разглядывая лавки со сладостями, красивыми нарядами и украшениями. Ко всему этому она была равнодушна. Народ сторонился, давая дорогу героине недавней войны. Люди знали ее в лицо, кланялись и улыбались. А кое-где она слышала шепотки:

– Избранная…

– Да правду говорю! Пророчество было про нее!

– Да не может быть!..

Тами уже начала действовать, но, слыша все эти разговоры, Кымлан чувствовала лишь стыд и желание поскорее скрыться от любопытных глаз.

Она спешилась и повела Исуга в поводу, чтобы меньше привлекать внимание, как вдруг знакомая фигура мелькнула в проеме одной из дверей. Кымлан остановилась, думая, что ей показалось. После того как Ансоль представила Мунно народу, ему разрешили выходить из дворца и не было ничего странного, что он гулял по городу. Однако что-то заставило Кымлан насторожиться.

Девушка приблизилась к дому, где скрылся мохэсец и посмотрела на вывеску. Судя по всему, это был дом некоего купца Чиндаля, но откуда Мунно знает его и зачем пришел к нему?

Нехорошие подозрения закрались в душу, и Кымлан отошла за угол, исподтишка наблюдая за закрытой дверью. Через некоторое время Мунно вышел на улицу, и в узкую щель закрывающейся двери Кымлан увидела молодую женщину, почтительно поклонившуюся ему во след. Мунно быстро обернулся в обе стороны и, спрятав что-то за пазуху, широким шагом направился в сторону дворца.

Кымлан вскочила в седло и отправила Исуга рысью, чтобы догнать подозрительного мохэсца. Она чувствовала, что он что-то замышляет. Не мог Мунно, которого она знала, так просто смириться со своей участью и стать частью страны, которая унизила его народ.

За поворотом она нагнала его и, спешившись, схватила за рукав.

– И что же ты тут делал, сын Вонмана? – прошипела она, обрушив на него свой гнев как на источник всех еенеприятностей.

Мунно вздрогнул от неожиданности и отшатнулся, но быстро справился с собой и холодно сказал:

– Тебя это не касается.

– Может мне обыскать дом, откуда ты только что вышел? Или доложить о твоих подозрительных действиях городской страже? – выдавила она. Ей хотелось ударить его за его равнодушный тон и дикие глаза, такие красивые, манящие и недоступные.