Книга Дух огня, страница 53 – Вера Лейман

Хан несколько минут внимательно изучал его, но по мерепрочтения сурово сдвинутые брови удивленно изгибались, и, закончив чтение, он поднял на Науна непонимающий взгляд.

– Вы хотите отменить ежегодную дань из рабов и боевых коней и оставить только зерно? – спросил он. Наун кивнул после того, как Сольдан перевела его слова.

Даон пораженно уставился на затылок принца, ища подвох в этом предложении.

– Так же я хочу установить между мохэ и Когурё торговые отношения, которые позволят нашим народам жить в мире, согласии и обмениваться опытом, – спокойно подтвердил Наун.

Даон опешил. Он не понимал, что задумал Наун, идя на такие уступки при том, что Мунно был у него в руках. Он был уверен, что, имея на руках такой козырь, Наун прижмет Вонмана к стенке, свяжет ему руки и выжмет из мохэ все соки. Почему он предложил такие невыгодные для Когурё условия? Чего добивается?

– Не спорю, это мне по душе, – с достоинством ответил Вонман, на лице которого не отразилось ни единой эмоции. Хан прекрасно владел собой. – Но, Ваше высочество, могу я спросить, почему вы решили пойти на уступки? Ведь мой сын в вашей власти.

– Мне нравится ваша прямота, хан, – Даон не видел лица Науна, но по его голосу понял, что тот улыбается. – Битва за Хогён на многое открыла мне глаза. Я понял, что все это произошло потому, что вы хотели освободить своих людей, которых забрало Когурё и заставило жить по своим законам. Мой дед, Квангэтхо Великий, покорил мохэ, после чего установил размер дани, но за все эти годы условия договора ни разу не пересматривались, хотя прошло много лет, и многое изменилось. Я хочу забыть прошлые обиды и жить в мире.

Наступила тишина. Даон перебирал в уме слова принца, в каждом из них ища скрытый смысл. Он не верил в искренность и добрые намерения Когурё и знал, что Науну для чего-то нужен союз с мохэ. Принц оказался хитрым, и не только предложил выгодные для мохэ условия, но и аккуратно указал Вонману его место, напомнив о завоеваниях Квангэтхо и только что закончившемся сражении в Хогёне, которое, как ни крути, мохэсцы проиграли. Хан конечно же тоже все это понял.

– Что ж, я согласен, вот только… – Вонман отклонился, уперевшись в спинку стула. – Что будет с моим сыном?

– Он останется в Когурё и женится на моей сестре в качестве подтверждения наших с вами дружественных отношений, – ровно ответил Наун,и Даон сейчас отдал бы все на свете, чтобы увидеть его лицо.

Хитрец лишь немного уступил, но дал понять, что мохэ по-прежнему у него в руках.

– А если я откажусь и потребую вернуть Мунно в Сумо? – тихо спросил хан с затаенной угрозой в голосе.

– Что ж… Очень жаль, если такой опытный и дальновидный правитель пожертвует интересами племени ради личных чувств.

– Вы очень умны и дальновидны, Ваше высочество, – неожиданно улыбнулся Вонман. – Я принимаю ваши условия. Буду счастлив породниться с королевской семьей Когурё.

Пока выполнялись формальности и документ заверяли печатями, Даон пытался обдумать результаты переговоров. Что из этого вынесло мохэ? Практически полную отмену дани, покровительство Когурё и возможность торговать с большим государством. Но какой ценой? Даон, хорошо знавший Вонмана, понимал, что хан был своенравен и не мог так легко согласиться отдать своего сына в лапы врага. Возможно, у него есть план, как освободить Мунно?