Книга Последняя роза Дивеллона, страница 39 – Вера Платонова

– Ты что удумал? А? Щенок! – залепил он Этольду вторую оплеуху. – Войны захотел?

– Она сама! – воскликнул тот, продолжая быть зажатым в тиски, – Она умоляла помочь избежать ненавистного брака! Я просто пожалел ее.

Деценна, заслышав это, громко фыркнула, но благоразумно решила держать язык за зубами.

– Где Иммериль? Я еще раз повторять не буду, – глухо прорычал Айволин, а Вальд на всякий случай отошел в сторону.

– Говорю же, не знаю. Она не пришла, – просипел Этольд, закатывая глаза.

Дегориан отбросил его в сторону, и тот с хрипом вобрал воздух в легкие.

– Ворота не открывать, пока не сыщем пропажу, – скомандовал Дегориан. – Кто ее видел последним?

– Ее высочество сказала Таре, что хочет сходить к камнюпредков. Одна.

***

Меня усадили на что-то жесткое, возможно прямиком на пол, не преминув отвратительно облапать. Там, где я находилась пахло сыростью, а голову накрывал мешок, но я была уверена, что и без него здесь царит кромешная тьма. Сквозь грубое плетение ткани я увидела всполох света. Загорелся огонек лампы. Одним резким движением с меня сдернули мешок и в слабом свете масляной лампады я увидела широкое лицо с угловатыми скулами, на котором из-под тяжелых надбровных дуг блестели злостью и торжеством темные глаза. Как будто я уже встречала этого верзилу раньше, но где?

Глава Четырнадцатая. Под Ингвой

А ведь это Тара мне с раннего утра уже напомнила про необходимость до свадьбы успеть посетить камень предков. Ее будто заклинило на этом камне, так верит она в свои предрассудки, и искренне хочет с помощью этого меня обезопасить. И я подумала: ну а почему бы и не сходить, вдруг черная глыба вновь заговорит со мной и подскажет верное решение. По крайней мере однажды я уже коснулась подобного, и это даже в некоторой мере меня спасло.

Поэтому когда я сообщила Таре о своем желании прогуляться к тиульбской святыне ближе к полудню, она с большим одобрением объяснила мне, какими коридорами лучше выйти в садик.

Распрощавшись со Флорой, я некоторое время поглазела в окно на то, как экипажи Иттероса собирают в путь: укладывают вещи и провизию, проверяют и смазывают маслом колесные оси, готовят лошадиную упряжь. Этольд стоял там же на крыльце, чуть в стороне, полускрытый навесом от непогоды, давая необходимые указания.

Я надела теплый плащ и под хмурыми взглядами стражников отправилась плутать по коридорам Излаумора, пока, наконец, не достигла двери, ведущей к выходу на небольшую веранду, с крыльца которой и был спуск в тот самый сад, на который я глядела из окон прежней комнаты.

Однако, вспоминая тот камень, что стоял на дороге, ведущей в Тиульбу, мне тут же приходит на ум снег, столь плотно утоптанный, что не оставалось и сомнения, что это место часто посещается. А здесь сугробы почти по колено и лишь редкие следы присыпаны свежим слоем снега. И это в Излауморе, Твердыне Тиульбы! Не очень-то они тут уважают предков, больше разговоров было.

Видно, что садик, с двух сторон ограниченный стенами крепости, а с двух – природными нагромождениями из валунов, когда-то был ухоженным, а теперь здесь царило запустение. Скамьи у стен крепости были продавлены снегом и местами изломаны, с крыши террасы лохмотьями свисали прошлогодние неубранные вьюны, что летом наверняка создавали сплошную зеленую стену. Здесь могло бы быть прекрасное место для отдыха и созерцания красоты, но пока оно лишь удручало звенящей тишиной и пустотой. Лишь ветер свистел в каменных валунах да поземка вихрилась над снегом.