Книга Марийон, Зима в Венесшале, страница 41 – Вера Платонова

«Ну и дура ты, Марийон! Возомнила себе, что он от неземной любви к тебе откажется от своих идей, ради которых жил большую часть жизни. Самонадеянная дура! Не бываеттак, не бывает».

Она сделала шаг на узкую и скользкую дорогу. Дорожка, больше похожая на русло какого-то обледеневшего ручья, имела несколько ответвлений, но все они так или иначе вели наверх. Мари несколько раз упала, поскользнувшись, но благо, плащ смягчал падение. Идти было трудно, но она в который раз вспомнила добрым словом подарки Шогеля.

Злость на себя сменялась злостью на Гри и раздражением от его невнятного поведения. Он подарил ей потрясающий вечер, растормошил ее, оживил, как спящую красавицу, и даже поцеловал, а затем повел себя так, будто ничего и не было. Видимо, рыцарь был из тех мужчин, которые легкомысленно относятся к женским чувствам, и не придают им особого значения, особенно на фоне своей высочайшей миссии и предназначения.

Марийон закарабкалась на небольшое плато и увидела цепь тяжелых мужских следов, ведущую вглубь скал.

«Значит, далеко не убежал».

Она пошла по свежему следу, уверенная, что вот догонит Гри, как вдруг скалы вокруг содрогнулись, будто что-то тяжелое упало на землю. Мари остановилась и прислушалась. Через некоторое время удар повторился и послышался крик.

— Неужели землетрясение? — подумала Марис ужасом: в таком месте от падающих камней спрятаться было негде, ледяные скалы буквально окружали. За уступом впереди было слышно какое-то движение. Она ускорила шаг. Земля снова содрогнулась. Мари осторожно выглянула из-за большого валуна.

Посреди небольшого пятачка возвышался ледяной исполин, который казался топорно вырубленной из огромной льдины фигурой. Спустя мгновение исполин обнаружил умение двигаться и даже прицельно стрелять первыми попавшимися под руку валунами, которые он швырял в кого-то прячущегося в скалах. От каждого такого брошенного валуна земля содрогалась, а скалы начинали пугающе трещать. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что глыба — это тот самый ледяной голем, а прячущаяся фигурка — отважный рыцарь Гри, который явно проигрывал эту битву. Положение Гри было незавидным, потому что за спиной у него был тупик, а камни, в которых он прятался, голем методично разбирал и ими же швырялся. Пока что исполин не позволял рыцарю даже высунуть нос из укрытия. Гри все-таки предпринял попытку атаковать и выпрыгнул из своего убежища с факелом в руках, ткнув им в грудь голему, но факел, зашипев,погас, вытаяв лишь небольшое углубление в теле великана. Мари пригляделась: внутри прозрачного тела монстра пульсировало алое пятно, видимо сердце, до которого и пытался добраться Гри. Но с таким успехом, ему пришлось бы сделать не один десяток вылазок..

И тогда Мари постаралась упорядочить свои мысли и сконцентрировать их в одном направлении.

"Снег — это тоже вода. Лед — это тоже вода".

Она вгляделась в спину голема, представляя, как ледяное тело тает и превращается в воду. По кончикам пальцев пошло тепло. Сначала ничего не происходило, затем по спине великана побежал маленький ручеек. Голем, почувствовав неладное, стал крутить небольшой относительно могучего тела головой, не понимая, откуда исходит опасность. Гри заметил замешательство противника, и участил вылазки, пытаясь достать уязвимое место мечом.