Книга Марийон, Зима в Венесшале, страница 26 – Вера Платонова

— Ооо, Леонор, что так долго? Я уже думала тебя птицы унесли вместе с крошками.

— Заплутала чуток. Сошла с дорожки, там такой хворост хороший был..

— На прямой дорожке заплутать. Ну даешь! Давай скорее к плите, смотри за кофе. Я пока пойду камин Кримхильде топить. Хоть бы не проснулась еще. Смотри, булки подойдут, в печь суй. А хотя нет, я лучше сама. Кофе карауль.

Мари стояла и пристально вглядывалась в кофе в ожидании первой пенки, мысли ее находились в полном разладе. Мари думала об Имире, и поднимающаяся пенка складывалась разными силуэтами, то извиваясь драконом, то собираясь в мрачную фигуру в шляпе, иногда образуя, большой торговый корабль, превращающийся в хлипкое судно с рваным парусом..

— Леонор! Кофе ж кипит! — Мари торопливо сняла бурлящий кофейник.

— Вообще-то ты мне для помощи тут, а не вредительствовать нанималась. — шлепнула ее легонько Элла. — Там сидит уже за столом красавчик, мечом бренчит. Кофия просит.

— Ты ж говорила завтрак в восемь! Пусть сидит еще полтора часа ждет. Нечего тут.

— Собрался куда-то, то ли на охоту, то ли на танцы… Начищает инвентарь. Давай соберем ему уже завтрак на скорую руку, у нашей гостиницы должна быть хорошая репутация. В конце концов, я планирую стать ее хозяйкой.

— Чур, ты подаешь и сервируешь. Я к нему не пойду.

— А с удовольствием! Тогда семейство с шестью детьми обслуживаешь ты!

— А и не напугала!

Спустя три часа девушки, уже накормившиепостояльцев завтраком, дружно гремели посудой в тазах.

— Эх, все-таки с напарницей гораздо сподручнее! И веселее. — Элла была рада. — Главное, при матушке сделать недовольный вид. А то если я буду слишком радоваться, то она тебя точно выгонит. Поэтому, если что, не обижайся — я для отвода глаз.

— Элс, есть важное дело. Обещай, ничего не спрашивать. Обещаешь?

— Обещаю.

— Где взять много еды?

— Ты голодная что ль? Иди кофейку попей, если не наелась, без проблем. Там вон яичница еще есть. Я прикрою.

— Нет, Элс, ты не поняла. Мне нужно очень МНОГО еды. Булок, там. Молока. Кстати, где взять ведро молока?

— Эээ, Элеонор, это звучит странновато. Ты часом не в положении? Что за странные идеи.

— Нет, нет, нет. Я же говорю, без вопросов. Вот представь, что я нашла в лесу теленка. Большого такого, нет, олененка. Точно олененка. И он ранен. И очень голоден.

— Бедняжечка-олененок! Это объясняет, почему тебя так долго не было. — у Эллы заблестели слезы в глазах.

— И вот мне нужно принести ему еды. Но стакана молока ему явно не хватит же, да. Тут бы ведро. А лучше два. И булок, хлеба. Может, мяса.

— Ну мясо-то олененку вряд ли..

— Да, ты права. Без мяса.

— А чем болен?

— Поранился.

— Ну это легко, тут я тебе дам мазь для лошадей, оленю тоже должна подойти. Хорошая, на местных травах, и заразу уберет, и заживление ускорит. А вот с молоком… Только купить, если деньги есть. Ну и сама понимаешь, нужно в тайне от Кримхильды все сохранить… Если она увидит, что ты вместо работы ведро молока в лес везешь, опять расскандалится. Я один раз щеночка больного принесла сюда к печке, а она обнаружила. Чуть не убила меня, в натуральном смысле, сковородкой лупила со всей дури.

Элла подумала, с силой потерла сковородку жесткой губкой, и продолжила:

— Но. Мы берем молоко у Сильды, они с Кримхильдушкой любят языками почесать. А есть еще неподалеку Берта, тоже держит коров, так она нашу «матушку» на дух не переносит. Поэтому болтать с ней точно не будет. Так и быть сбегай к ней. Ведро молока стоит где-то четверть веника. Кримхильда сегодня с дочкой поедет к портному, платье для бала мерить, вот мы дело и обстряпаем.