Книга Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 2, страница 39 – Селина Катрин

Пикси испуганно переглянулись, пожали плечами и синхронно кивнули:

— М-м-м, вообще-то, да. Нельзя исключать такую вероятность.

— А точность времени смерти в отчёте какая?

— К нам тело поступило лишь утром. Предположительно прошло около восьми часов между смертью и экспертизой. На сгоревшем теле стандартные маркеры — температура, трупные пятна и ригор мортис — искажаются, что затрудняет точную оценку. Думаю… погрешность может составить даже пару часов.

— То есть по большому счёту вы не можете утверждать, что смерть Хавьера Зерракса произошла именно в те минуты, когда гражданка Эстери Фокс была в зале?

Шестирукие блондины повторно переглянулись.

— Нет, конечно же, мы не можем такого утверждать. Это вообще не является нашей зоной ответственности. В нашей биокриминологической экспертизе тела умершего об этом ни слова.

— Спасибо, это всё, что я хотел знать, — широко улыбнулся Кассиан и посмотрел на прокурора, у которого за допрос судмедэкспертов аж капилляры в глазах полопались.

Судья же всё это время задумчиво кивал и делал себе какие-то пометки.

— Госпожа Малена Хофт, — после допроса пикси Кассиан перешёл к пожилой миттарке. Она заметно нервничала, сапфировые жабры то и дело вздувались на шее, а пальцы дрожали, — вы давно работаете в здании РОТР?

— Ох, давно, уже точно и не могу высчитать сколько, — вздохнула Малена и принялась прикидывать в голове. Как ни странно, простейшая уловка сработала, тремор рук прекратился. — Семьдесят шесть, нет… семьдесят семь лет, получается, в следующем месяце.

— Вам нравится ваша работа?

— Конечно, приятно смотреть на счастливые пары.

Кассиан задал ещё несколько вопросов «вокруг да около», чтобы успокоить миттарку, а затем перешёл к главному:

— Как считаете, госпожа Фокс выглядела радостной в день бракосочетания?

— Нет. Не выглядела.

— Почему вы так считаете? Может, она просто сильно волновалась? — вкрадчиво задал вопрос Кассиан.

Я не могла понять, чего он добивается, ровно до ответа регистраторши РОТР:

— Да я же не только на лицо смотрю! — всплеснула перепончатыми руками пожилая леди. — По платью невесты часто всё понятно бывает. Вот, скажем, шёлк редкой выделки с драгоценными камнями — сразу ясно, богатый покровитель, без любви не обошлось. Иногда платье драпирует живот, и я скажу вам — не от ветра. Да я за сорок лет в регистрационной палате больше свадеб перевидала, чем в этом суде дел провели! По платью — как по медкарте: всё понятно. А у госпожи Фокс, помнится, была вовсе не невестина рубашка — мужская! Нет, конечно, вы скажете, мода такая, и вот это всё, там красиво рубашка сидела, но ведь и мне понятно — не станет влюблённая женщина в таком выходить замуж. Я сразу вывод сделала: или сбежала откуда, или переночевала не дома. А как ножки из-под полы торчали — тоненькие, трепетные... Такая беззащитная она была.

Кассиан бросил мельком взгляд на меня, но я так и не поняла, что он значил. Судя по всему, сенатор был доволен. Очень доволен. Его хвост описал дугу в воздухе, когда он развернулся боком к Малене и встал лицом к судье.

— Госпожа Хофт, скажите, а как у вас дела с памятью? Всё хорошо? Всё-таки возраст.

— А вот тут, голубчик, соглашусь… Во всём, что не касается платьев, воспоминания часто путаются. Я порой с утра могу три раза заглянуть в холодильник, прежде чем вспомнить, чем позавтракать собиралась.