Книга Кровавый Король, страница 107 – Элизабет Кэйтр

— У меня есть одна идея…

— Она возненавидит тебя.

Паскаль внимательно вглядывается в лицо брата, сразу же раскусив его.

— Поверь, это будет не в первый раз. Я отдал свой положительный голос Видару по прихватизаии Третьей Тэрры.

— Ты придурок, Нот?

— Я — Король Пятой Тэрры.

— Что ж, нахрен… Поздравляю! Наш король придурок!

Паскаль резко подрывается с места, но тяжёлый взгляд брата останавливает его.

— Куда намылился?

— Расслабиться, — фыркает младший.

Мало того, что его брат когда-то дал клятву Эсфирь лишить её жизни, в случае, если могущество ослепит разум, так теперь это… Глупый старший братец!

Ещё раз окинув его взглядом, он направляется к давно заприметившейся альвийке.

Брайтон делает несколько глотков, вскидывая руку вверх, дабы обновить стакан. Он неотрывно следит за сестрой, готовясь заранее прочувствовать её гнев на собственной шкуре. За то, что никогда не сможет поднять на неё руку. За то, что попытается спасти её жизнь, даже если сам при этом распрощается со своей.

Эсфирь же с широкой улыбкой на губах кружилась в плясовой. Чтобы знать танец — достаточно уметь грациозно двигаться, с той самой плавностью, которая присуща нежити Пятитэррья.

— Вы местный? — очаровательно приподнимает бровки Эсфирь.

— Не совсем, милая госпожа! Но знаю эти места, как свои пять пальцев.

— Вы не похожи на альва, — чуть склоняет голову она. — Не сочтите за грубость.

— О, да, я наслышан о Вашей предвзятости к залётным птицам, — галантно отвечает юноша, ловко меняясь местами с партнёршей.

Танец с ним — сплошное удовольствие. Он уверенно вёл Эсфирь, много шутил и улыбался, не обращая внимания на остальных альвиек.

Эсфирь поправляет тёмные локоны прямыхволос, хитро стреляя глазами.

— Я — сильф. Прямиком из Четвёртой Тэрры. Со дня на день Кровавый Король устраивает приём, я приглашён.

— Так Вы из знати? — Эффи ловко подделывает удивление.

— Получается так, а Вы — из Столицы?

— С окраины. Мы с братьями привозили саженцы цветов для предстоящего приёма. Верховная настаивала на чёрных лилиях. Король, хотя и с осторожностью относится к данному цвету, разрешил, — ложь слетает с языка быстро и непринуждённо.

— Получается, я не смогу наслаждаться Вашим обществом на празднестве?

— Увы, — пожимает плечами цветочница.

— А есть ли шанс на ещё одну встречу?

— Конечно, если Вы знаете о здешних Старожилах, — Эсфирь оголяет ровные зубы, кокетливо ведя плечиком.

— Для чего они Вам?

— О, я увлекаюсь старинными цветами, профессия такая. Хочется выудить у них древние гербарии, быть может, что на границах с Междумирьем, или с людскими, я смогу отыскать то, что меня тревожит.

— Насколько мне известно в этих краях остался один Старожил, но где он — знает лишь король. Дорога вам к Чёрному Инквизитору!

Музыка плясовой заканчивается, но юноша не спешит убирать горячие ладони с талии партнёрши. Оба застывают, глядя друг в другу в глаза. Эсфирь очаровательно улыбается, мастерски скрывая то, что почувствовала в партнёре. Словно он, как и сама она, пользовался сейчас мороком, чтобы скрыть истинную внешность и сущность.

— Как Вас зовут, прекрасная цветочница? — юноша прижимает Эсфирь так близко к своему телу, что она чувствует исходящий от него жар.

— Совершенно цветочным именем, — хохочет она, запрокидывая голову и оголяя перед ним шею, дабы показать, что ни капли не боится его. Юноша бегло облизывает губы, мельком пробежавшись взглядом по красивому изгибу. — Моё имя — Нарцисса Весенняя, принадлежу дому цветочников у южных границ Столицы.