Книга Сезон костей. Бледная греза, страница 232 – Саманта Шеннон

С минуту я переваривала его слова.

– Иначе говоря, с ним я не могла расслабиться?

– Если коротко, то да. Ваши лабиринты – как масло и вода, твой гораздо насыщеннее. Ваши фантомы не взывали друг к другу.

Не поспоришь. Сообрази Рубен, с кем имеет дело, он бы не колеблясь отправил меня на виселицу.

– Если рассудок ясновидца сродни маслу… – Я тщательно взвешивала слова. – Что творится в твоей голове, Страж?

В камине трещали поленья.

– Огонь, – бросил рефаим.

А если смешать огонь и масло, получится… Я торопливо отогнала эту мысль, отвернулась.

– Пейдж, прежде чем ты уснула, из самых недр твоего лабиринта всплыло еще одно воспоминание.

– Какое?

– Кровь. Реки крови.

– Наверное, отголоски Дублинского Вторжения.

– Нет, Вторжение я видел, а в этой крови ты тонула.

– Понятия не имею, о чем ты.

Страж внимательно разглядывал меня.

– Итак, ты видел все. Мою жизнь, мои воспоминания. Теперь ты мне веришь, Страж?

– Верю?

– Ну, каков наш следующий шаг?

Рефаим молчал, подперев руками в перчатках подбородок.

– В «Павильоне» висит карта. Оказывается, в районе «Порт-Мидоу» есть железнодорожная станция.

– Верно.

– Мне нужно выяснить, где именно. Хочу свалить до Двухсотлетнего юбилея.

– Ты полагаешь, я тебя отпущу.

– Да, иначе твоя табакерка попадет к Нашире, – холодно отрезала я. – Мое доверие в обмен на твою помощь. Но если попытаешься ставить мне палки в колеса, я побегу – именно побегу, не пойду – в резиденцию «Сюзерен». Око за око.

Страж барабанил пальцами по подлокотнику и даже не пытался торговаться, только разглядывал меня.

– На поезде тебе не выбраться.

– Это мы еще посмотрим.

– Ты неправильно поняла. Поезд запрограммирован на прибытие и отправление только в определенные дни, в определенный час, а пульт управления находится в Вестминстерском архонте.

– Какая ближайшая дата?

– Двухсотлетний юбилей.

– Ну разумеется. – Я покачала головой. – Все сводится к нему, верно?

– Да. – Страж выдержал мой взгляд. – Три года ты жила в тени Белого Сборщика. Сюда эта тень не простирается. В этом городе я встретил не Бледную Грезу, а Пейдж Махоуни, и, по-моему, она – сила, с которой нужно считаться.

Он говорил с такой искренностью, что в горле встал комок.

– Ты тянулась к другим, хотя вполне можешь стать столпом собственного мира. Обрести независимость, – произнес Страж. – Если добьешься этого, вдохновишь своим примером остальных. Именно этого я от тебя и жду, Пейдж.

– Зачем?

– Думаю, ты уже догадалась.

Ровные интонации, но от голоса, идущего из самых глубин горла, у меня начался озноб.

– Полагаю, ты устала. – Страж собрался уходить. – Не буду мешать.

– Постой.

Он остановился. Отбросив тяжелое покрывало, я шагнула к письменному столу, выдвинула средний ящик, где хранила ключ.

– Я все еще злюсь, но ты выбрал меня, а не Краза, поэтому заслужил право спать в своей кровати.

Страж взял ключ; глаза засияли каким-то новым, мягким светом. Я сжала его запястье и снова легла.

* * *

В день летнего солнцестояния Страж вручил мне ключ от Глубинной тропы. При дневном свете это оказалось очень живописное местечко – тропинка огибала заливной луг у реки Черуэлл. Я провела там все утро, наслаждаясь тусклыми солнечными лучами и свежим воздухом.

И тогда меня осенило, что я почти не скучаю по Джексону. В Лондоне у меня редко выдавалась свободная минутка. После моего отказа практиковать призрачные странствия Джексон заставлял меня пахать до изнеможения. Давно мне не доводилось так блаженствовать по утрам.