Книга Попаданка даст вам к(с)екса, страница 69 – Татьяна Бэк

Несколько раз ко мне приходил безмолвный мужчина в традиционном плаще инквизитора, доливал воды в мой кувшин и оставлял краюху хлеба, которую я жадно съедала. Но в последнее время даже пища перестала меня интересовать, мне казалось, что я медленно угасаю, находясь в каком-то безвременье.

Возможно, Верховный инквизитор и впрямь занимался расследованием моего дела, как и обещал перед уходом, но мне сейчас уже было всё равно. С одинаковым равнодушием ожидала любого исхода. Порой мне казалось, что всё, произошедшее в этом мире, было лишь иллюзиями моего умирающего тела, попавшего под машину, когда старалась образумить пьяную подругу.

Но несмотря на всё, я сперва твёрдо была уверена в двух вещах: что не сдам Зинаиду, и что не обращусь к Лариону. Но со временем моя твёрдость и сила воли таяли в душном спёртом воздухе темницы.

— Ларион… — прошептала, находясь в зыбком забытье. — Милый… Спаси, меня, умоляю!

Я постаралась дотянуться до сознания принца, но создалось ощущение, что в этой клетке заперто не только моё тело, но и дух. Может, это и к лучшему? Я не стала компрометировать юного инквизитора, который помог мне, когда я только оказалась в этом мире, так зачем марать имя принца, который рано или поздно станет властителем королевства?

— Поднимайся, ведьма! — раздался вдруг резкий окрик, заставляя меня вскочить, потратив последние силы.

В голове помутилось, и я начала валить на пол, но меня оперативно поймали под руки и потащили куда-то. Свежий воздух ударил в голову хлеще алкоголя, туманя мозг; яркийсвет заставил меня зажмуриться; негромкие беседы вокруг казались мне иерихонскими трубами. Всё это обилие раздражителей навалилось на мою измученную нервную систему.

Но когда меня втащили в просторное светлое, напоминающее зал судебных заседаний в наших судах, я успела чуть прийти в себя. Сейчас моя судьба должна была решиться, поэтому нельзя позволить себе пребывать в состоянии овоща.

Я оглянулась по сторонам, пытаясь понять, где судья, прокурор, адвокат и присяжные, но увидела лишь тройку людей в капюшонах, сидящих на возвышении за широким столом с изображением пылающего кулака.

— Мне плохо, я не в состоянии свидетельствовать перед судом! — простонала я слабо, но мой шёпот перебил бесстрастный и ледяной голос, пробирающий до мурашек.

— Слушается дело в отношении женщины по имени Лана, обвиняемой в ереси. В ходе следствия было допрошено множество свидетелей, которые подтвердили причастность подсудимой к противобожному деянию, за которое предусмотрено сожжение на костре.

Свидетели? Этого не может быть!

— Я требую вызвать в заседание девушек, проживающих в заведении мадам Шпротс! — заявила я, чувствуя, что силы, наконец, возвращаются ко мне.

— Эти свидетельницы уже дали свои показания и сообщили, что дева по имени Лана сама явилась к дверям заведения и проникла в него хитростью, а затем принялась соблазнять их сладкими речами, склоняя к пути ереси!

Этого не могло быть, я была уверена, что наконец-то нашла свою семью в доме мадам Шпротс, все обитательницы заведения стали мне родными. Ради Зизи взяла на себя её вину, а они…

— Итак, суд изучил все доказательства, представленные по делу!

Но теперь я уже перебила председательствующего.

— Я требую открытого процесса с вызовом свидетелей и непосредственным исследованием доказательств в зале суда! — гордо и решительно заявила, вспоминая все знания, полученные мной когда-то при просмотре передачи «час суда».